Книга Невыносимый дар, страница 21 – Анна Одувалова

Наверное, думать так неправильно. Но эта версия в моей голове имеет право на существование. Мать была помешана на маньяке. Она выбрала его, а не меня. Она оставалась с ним, даже зная, что он сделал, поэтому – да. Она могла вытащить куклу. Но вытащить, привезти сюда, пробраться в дом шэха и оставить ее у меня на кровати? Слишком сложная схема. Мама всегда былаведома и инфантильна. Даже если она это и провернула, должен быть тот, кто ее направил.

Пячусь к выходу и, оказавшись в коридоре, захлопываю дверь. С удивлением замечаю, что меня больше не трясет. То ли я слишком устала, то ли адаптируюсь к фокусам маньяка. Но касаться куклы руками, спать в комнате, где она сидит, и даже трогать что-то из этой комнаты для меня слишком, поэтому я без зазрения совести толкаю соседнюю дверь.

Нахожу чистое полотенце, беру майку, которая еще сохранила запах Дара, и на автомате иду в душ. Предчувствие меня не обмануло. Викс ни в чем не виноват, и получается… кто-то помог ему уйти из жизни. Ведь если парень ничего не делал, почему покончил собой?

К счастью, усталость не дает думать и пытаться понять мотивы Викса, который тоже, выходит, пострадал из-за меня. Об этом размышлять мучительно.

Выхожу из душа и падаю лицом в подушку, на которой позапрошлой ночью спал Дар. Я понимаю, про куклу нужно рассказать. Шэху, Лестрату, Дару… Но не могу ни с кем сегодня общаться и решаю, что все подождет до утра. Я просто физически не способна сегодня функционировать. Мне нужен сон.

Ужасное! Ужасное утро. Я просыпаюсь, едва только рассветает, и все события минувших нескольких дней сваливаются на меня лавиной. Самоубийство Викса, который, оказывается, ни в чем не был виноват, – оно на моей совести. Встреча с матерью, которую я подозреваю в том, что она поехала крышей и стала последовательницей маньяка. Кукла, которая раньше мне являлась только во снах, но которую за последние пару суток я видела два раза. Волнительная и стыдная ночь с Даром, когда я напилась и просила слишком многого. Неприятный разговор с шэхом. Есть ли у меня хоть какая-то сфера жизни, в которой все нормально?

Я вообще не хочу выходить из комнаты. Но надо. Пора возвращаться в колледж, но перед этим я должна поговорить с Лестратом.

Спускаюсь на первый этаж и вижу шэха, который в домашних широких штанах и растянутой майке колдует у плиты. Он достаточно высокий. Чуть ниже Дара, но шире в кости. Сильный, уверенный… И я не понимаю, почему до сих пор один. Мне кажется, он выглядит гораздо моложе своих тридцати трех лет. У нас многие девчонки тайно в него влюблены. Такие, правда, в клубе не задерживаются. Мы все для него дети. И для меня он «папа», «старший брат», «наставник» – тот, кто однозначноможет напороть задницу. Но объективно со стороны я вижу: он привлекательный мужчина. К тому же порядочный и ответственный. Наверное, беда в том, что шальные мудаки всегда пользуются большим спросом.

– Я думал, ты снова сбежала творить глупости, – не поворачиваясь, говорит он. – В комнате тебя не было…

Вопрос не звучит, но я слышу его у себя в голове. «Не помешалась ли ты, часом, – спать в комнате парня, когда его там даже нет?»

– Кукла, – говорю я. – Вы видели куклу?

– Какая кукла? – Шэх хмурится, а я с ужасом замираю. Поворачиваюсь и подрываюсь к себе в комнату. Кровать по-прежнему заправлена, но куклы на ней действительно нет. Что за демонщина?