Книга Невыносимый дар, страница 88 – Анна Одувалова

– А куда хочешь?

Он откидывается на спинку кресла, молчит, словно о чем-то серьезно думает, а потом произносит:

– Я могу показать тебе место, которое стало бы моим домом полгода назад, если бы я не был в экзоскелете. Мы с Китом планировали начать вольную жизнь. Точнее… теперь я понимаю, что это я планировал, а Кит, как всегда, шел у меня на поводу. Как его отпустить, Каро?

– Он сам уйдет, как только его собственная жизнь станет для него ближе, чем твоя. Как только собственные проблемы поглотят твоего брата сильнее, чем твои.

– То есть в его жизни должно произойти дерьмо, чтоб он стал самостоятельным? – невесело уточняет Дар.

Неприятно это говорить, и я просто грустно улыбаюсь.

– Ответь на свой вопрос сам. Когда ты разорвал связь с близнецом и стал самостоятельным?

Дар не отвечает, но срывается с места так, что меня вжимает в спинку магмобиля. Кажется, он нашел нужный ответ.

За стеклами магмобиля смазанным пятном мелькает город. Зажигаются магическиефонари, а трасса между мостами превращается в сверкающую фарами магмобилей ленту или извивающуюся змею. Сверкая, она ползет по улицам ночного Горскейра с окраин, продвигаясь в центр, чтобы сожрать… Интересно, что? После вина мои мысли стали причудливы и загадочны. Я сама их пугаюсь.

Мы мчимся, обгоняя поток. Дар – прирожденный водитель, хотя после победы на треке он больше не садится на осу. Просто потерял к ней интерес. Но и тихая езда – это не про него. Он не обгоняет кого-то специально, не пытается соревноваться, просто кажется, что он живет и дышит быстрее, чем поток.

Парень задумчив и сосредоточен. Я не отвлекаю его, не спрашиваю, куда именно мы едем. Мне просто хорошо и спокойно. А ему нужно подумать. В том числе и о том, что он не может стать за Кита самостоятельным.

Район, куда мы въезжаем, новый и респектабельный. Он не похож ни на элитный центр со старинными индивидуальными особняками, ни на таунхаусы, в одном из которых живет шэх. Их много на окраине, и они больше напоминают загородный поселок для среднего класса. Не похож он и на небольшие дома-муравейники в западной части нижнего Горскейра – там ютятся рабочие и студенты из необеспеченных семей. Там доживают свой век старики, которые не скопили за всю свою жизнь ни на что поприличнее.

Здесь же бетон, стекло и дорогие магмобили, рестораны и кафе на первых этажах, шлагбаумы, ведущие на закрытые территории. Ухоженные лужайки и подземный паркинг, откуда состоящий из клубящегося тумана лифт поднимает нас на последний этаж к пентхаусам, принадлежащим верхушке элитного сообщества города. Точнее, новому поколению элиты. Тем, кто предпочитает городскую суету, верхние этажи и ритм большого города неспешной жизни центральной части Горскейра. Здесь панорамные окна, джакузи и самая современная магия, которая дарует полный комфорт. Все это узнаю от Дара, пока мы поднимаемся на последний этаж.

– Это квартира родителей, – поясняет он, открывая передо мной массивную дверь. – Я родился первым, поэтому она досталась мне. Какие-то минуты решили все, – хмыкает он.

– А Кит? – обеспокоенно уточняю я. Не может же быть, что второму близнецу родители не оставили ничего. Нет, я знаю, что у братьев есть бабушка и состояние исчисляется не одной квартирой в элитном районе, но все равно становится немного обидно.