Книга Измена.Любовь, страница 42 – Далиша Рэй

Подхватил, поставил на ноги. Одной рукой обнял за талию и дернул на себя, впечатывая в свое тело. Ладонью второй руки обхватил мой затылок. Зафиксировал так, что мои глаза оказались напротив его, и негромко произнес:

— Ты упряма, как мул, Павла. И не хочешь слышать мои слова. Поэтому больше говорить не буду.

И не успела я открыть рот, чтобы спросить, почему мул, а не привычный нам осел, наклонился и начал меня целовать.

Теплые, удивительно приятные мужские губы накрыли мой рот. Нежно, будто пробуя его на вкус, прошлись по уголкам губ. Чуть потянули нижнюю губу, поласкали верхнюю, и вернулись к нижней. Погладили, нежно прижали и выпустили…

В груди у меня потеплело. В голове стало пусто и мир вокруг словно куда-то исчез. Осталась только я и волшебные прикосновения этого мужчины.

— Па-авла, — выдохнул он в мой приоткрытый рот. — Такая сладкая…

В животе что-то дрогнуло, томной волной прошло вверх. Растеклось по груди и плечам, отдаваясь дрожью по всему телу.

— Платон Александрович, — пискнула я придушенно, пытаясь вернуть разум в свою мигом захмелевшую голову.

— Т-сс, не бойся. Просто поцелую. Давно хочу.

Мужской рот вновь прогладил верхнюю губу. Легко втянул ее внутрь, вызвав в теле странную слабость, от которой обмякли колени.

И вдруг жадно, жарко осыпал поцелуями мое лицо, а затем вновь накрыл губы. Требовательно, захватывая и тараня мой рот. Сплетая наши языки. Покусывая мои губы и длинно очерчивая их изнутри влажным языком.

Жадные мужские пальцы сжали мой затылок, отчего с волос, дзенькнув, слетела и куда-то укатилась заколка. Занырнули в пряди волос. Принялись перебирать ласкающими движениями, рассылая по моей спине колко-сладкие мурашки.

— Павла-а, — еще один выдох в мои губы, и он отстранился.

Прижал меня щекой к груди и нежно погладил по волосам.

— Ты пойдешь со мной на свидание? Сегодня вечером?

Слушая как гулко бьется его сердце под моей щекой, я понемногу начала возвращаться в реальность.

Как же я опустилась до такого? Отчего при первом же прикосновении его губ растеряла разум? О чем только я думала, позволяя ему это…

— Павла? — мужские руки принялись гладить мне спину так приятно, что низ живота сладко заныл.

— Уберите руки, Платон Александрович! — выдохнула я, и резко отступила, вырываясь из его объятий.

Глядя на него исподлобья и кусая губы, попятилась от него:

— Не подходите ко мне, Платон Александрович! Я не собираюсь с вами ходить на свидания. И не смейте меня больше целовать — я здесь работаю!

В глазах мужчины мелькнул смешливый огонек:

— Совсем, совсем не подходить?

— Только по делу! — я тяжело дышала и сжимала-разжимала пальцы, пытаясь успокоиться.

Отступила еще на шаг, отвернуласьот него и начала торопливо подбирать волосы, оглядывая пол в поисках слетевшей заколки.

— Я серьезно, Платон Александрович. В следующий раз я влеплю вам пощечину.

— Павла, следующий раз у нас обязательно будет, — он шагнул ко мне, поймал за плечи и развернул к себе. Потребовал:

— Посмотри на меня. Павла!

Помедлив, я заставила себя поднять на него глаза.

У него было очень серьезное лицо. Зрачки карих глаз расширены, губы сжаты.

— Павла, ты можешь объяснить мне четко и внятно, почему ты против того, чтобы иметь со мной отношения? Что тебя беспокоит так сильно? Просто скажи…