Онлайн книга «Измена.Любовь»
|
Ну и кто у нас такой любопытный? Алина, Светлана Геннадьевна или тот самый начальник безопасников? Я его видела всего раз, но хорошо помнила — невысокий худощавый мужчина неопределенного возраста и неприметной внешности. Единственное, что выделяло его из тысяч таких-же невзрачных мужичков, встречающихся мне ежедневно, это взгляд. Цепкий, холодный и какой-то безжизненный, словно все человеческие эмоции смыло его расчетливым профессионализмом. Почему-то этот взгляд напомнил мне глаза акулы-молот, фильм про которую как раз накануне встречи с безопасником смотрела на «Нэшнл географик». Бр-р, до сих пор помню неприятный холодок, бежавший по спине во время нашей с ним беседы в день моего вступления в должность. Чуть подумав, я набрала его номер и представилась: — Егор Михалович, это Павла Сергеевна. Мне передали, что вы хотели меня видеть. Может быть, вы сами ко мне зайдете? На том конце трубки случилась короткая пауза. Затем раздалось равнодушное: — Можете не беспокоиться, Павла Сергеевна. Интересующий меня вопрос мы уже обсудили в Платоном Александровичем. Он распорядился вас не трогать. Пока не трогать… Но если вы хотите в чем-то признаться, то я вас слушаю. — Да, знаете, есть кое-что, — запела я в трубку, почувствовав, как меня ведет от злости и одновременно облегчения — Платон распорядился не трогать меня! Иначе я, наверняка, уже стояла бы за воротами компании с белым билетом в кармане. И это в лучшем случае! — Так вот, позавчера я утащила из офиса упаковку влажных салфеток, Егор Михайлович. Очень уж былонужно. Но теперь чувствую себя исключительно неловко за содеянное. — Не ерничайте, Павла Сергеевна, — после еще одной паузы прозвучало негромко, но довольно угрожающе. Я мгновенно отругала себя — ну что за дура такая, нашла с кем закусываться! Но остановиться уже не было сил. — А вы не обвиняйте меня в том, чего я не делала, Егор Михалович! И вообще, как вы относитесь к влюбленным программистам? — Что?! Вы в своем уме? О, мне не послышалось, и в его голосе реально появилось живое человеческое изумление? Я помотала головой, чувствуя себя немного Каином и Иудой в одном флаконе. А с другой стороны, почему я должна играть в благородство, когда на меня уже почти уголовное дело составили? И только благодаря вмешательству свыше, его пока придерживают… Так что, простите ребята, мне себя реабилитировать надо. А то ведь есть у нас амбициозные феи и влюбленные в них программеры. Плюс имеется покровительница феи, играющая в свою собственную, непонятную игру. И что-то мне настойчиво шепчет, что без них в деле о моем шпионаже не обошлось. — Да-да, Егор Михайлович. Знаете как оно бывает, любовь кружит головы и лишает разума. На что только она не толкает! Какие только поступки не совершаются ради взаимности и желания понравиться прекрасной девушке…, - протянула я голосом заправской ябеды. В телефоне повисло молчание. Правда короткое — все-таки соображал неприятный Егор Михайлович шустро. Кашлянул и с угрозой произнес: — Я подумаю над вашими словами, госпожа личный помощник. Но если окажется, что этим вы просто свои грешки прикрываете, то приложу все усилия, чтобы вам всерьез не поздоровилось. Ах ты, морда безопасная! Пугать меня решил? Ха-ха три раза! Я показала язык своему невидимому собеседнику и просюсюкала в трубку: |