Книга Наглый. (не)верный. Истинный, страница 41 – Эль Вайра

Но он плюёт на угрозы и лишь равнодушно пожимает плечами.

— Я не брал Грани. Если не веришь, можешь меня обыскать. Или даже попытаться растерзать, вперёд! Хоть на бейтира в деле гляну.

— Хватит, Доментиан! Либо ты отдаешь Грани, либо я…

— Ты лучше подойди к зеркалу, Кадум. Или хотя бы посмотри на свои руки. Постарайся осмыслить, что происходит.

О, я уже осмыслил, и это до смешного просто: если нет артефакта, то нет и Мадлен.

Время уговоров кончилось. Если демон не понимает по-хорошему, я убью его, вот и всё.

Я делаю выпад, стараясь полоснуть Доментиана по горлу, но он мгновенно вскакивает с дивана.

— Брам, угомонись! Ну прикончишь ты ни в чем неповинного демона, любимца студентов, талантливого преподавателя, подающего надежды, а дальше что? Как это поможет тебе обрести Грани?

— Это хотя бы заставит тебя заткнуться!

Я бросаюсь вперёд, но Доментиан снова уклоняется и медленно отходит к стене. Его лицо выражает что угодно, кроме страха, и это злит меня ещё больше. Теперь нужно не только забрать артефакт, но и заставить демона со мной считаться.

— Думаешь, Мадлен оценит, когда узнает, что ты творишь? Обрадуется, если заявишься к ней в таком виде?

— В каком ещё виде? — Мой голос похож не то на шипение, не то на рык.

— Сам посмотри. — Он указывает на стену.

Я оборачиваюсь, ожидая подвоха, но вижу всего лишь настенное зеркало. Оттуда смотрит мерзкоечудовище, и я не сразу понимаю, что эта злобная морда — моё лицо.

— Это как? Что за чушь?

Я забываю про демона и кидаюсь рассматривать монстра. У него неестественно длинная шея, покрытая чешуёй. Во рту огромные клыки, МакКоллин бы обзавидовался. Черты поплыли, заострились, и в них не осталось ничего человеческого.

— Это… это же пройдет, правда? Как это случилось?

Нельзя, чтобы Мадлен это видела. Она испугается, не подпустит меня к себе.

— Раньше такого не было, да? — тихо спрашивает Доментиан, и я качаю головой в ответ.

Кажется, чем дольше я смотрю на чудище, тем страшнее его оскал и больше чешуи расползается по коже. Сердце бешено колотится, когда я допускаю мысль, что так и не смогу остановить превращение.

Раздаётся треск, потом звон. Стекло идёт трещинами, искажая и без того безобразное отражение. Осколки усеивают пол, поблёскивая на ковре.

Ну вот. Я так крепко вцепился в зеркало, что даже не понял, как разбил. Придётся выпрашивать у Зурга новое или искать в Ионеле — ещё одна деталь в копилку моих проблем. Такая незначительная, она добивает меня окончательно. Сил хватает ровно на то, чтобы сползти по стене и сесть среди стекла. Словно только ярость поддерживала меня на ногах, а теперь, когда её нет, я превратился в тряпичную куклу.

— Как ты там это назвал? — бурчу я себе под нос, не решаясь взглянуть на Доментиана. Минуту назад я всерьёз думал его убить. Но ведь мне — настоящему мне — этого совсем не хотелось бы. Шутки у него дурацкие, но это не повод отправлять его на тот свет.

Когти становятся меньше. Чешуя исчезает с ладоней, но я всё ещё себе отвратителен.

— Бейтир. Получеловек-полудракон, — поясняет демон. — Промежуточная стадия превращения дракона. Раньше, много лет назад, почти все драконы так умели, что давало им колоссальное преимущество в бою, так как они могли использовать манёвренность маленького тела человека и скорость, силу дракона.