Книга Семь лет одиночества. Принцесса Малейн, страница 19 – Эль Вайра

— Кажется, разговор выдался не из приятных, — тихо сказала леди Редмэйн.

Они с Малейн быстрым шагом направлялись в покои принцессы. День подходил к концу, и коридоры постепенно темнели.

— Он хуже, чем когда-либо, — отрезала Малейн. — Днем он….

— Не здесь, — перебила ее гувернантка. Ее тон был уважительным, но строгим. — Продолжим обсуждение в ваших комнатах.

Малейн кивнула и ускорила шаг, почти перейдя на бег. Когда они пришли и заперли дверь, принцесса резко повернулась и впилась в леди Редмэйн взглядом.

— Ему становится хуже с каждым днем! Он одержим безопасностью, боится еды и считает каждую крупицу соли, рассыпанную поварами. О, а знаете, что сказала Челси? Теперь он решил, что будет носить один и тот же наряд каждый день, чтобы ему не отравили одежду. Одежду!

— Что ж… — вздохнула леди Редмэйн, но так и не нашлась с ответом.

— Не представляю, как устраивать балы с его участием. Он же объявит войну тому, кто на него не так посмотрит!

Малейн возмущалась поведением дяди, на ходу распуская волосы и снимая туфли.

— Думаю, остатки придворного этикета он еще способен соблюдать, — заключила леди Редмэйн. — Может, сорвется пару раз на персонале, но на этом всё.

Малейн покачала головой, уперла руки в боки и начала расхаживать по комнате.

— Мы не можем знать, что придет ему в голову в следующую секунду. Он непредсказуем!

Принцесса и гувернантка помолчали, погрузившись каждая в свои мысли. Малейн уже жалела о своей несдержанности в кабинете дяди. Стоило ей промолчать, и следующие три года она могла бы править целым регионом!

— Вы правда думаете, что есть способ отстранить его от власти? — спросила она.

Леди Редмэйн кивнула, но принцессе не стало легче. «Не дай мне повод усомниться, что твои ошибки — не более чем наивность», — прокручивала она в голове слова дяди. И от них у нее замирало сердце.

Это была угроза. Слабая, но вполне ощутимая. Осязаемая.

Больше всего лорд-протектор боялся предательства. Положение будущей королевы уже не казалось Малейн надежным щитом, за которым можно спрятаться от дядиного гнева.

Но не может же он в самом деле заключить ее в колодки, как десятки слуг до нее? Если не здравый смысл, то хотя бы родственныечувства должны взять верх над его безумием.

— Если бы он узнал про комнату в конюшне… — начала Малейн.

— Он мог бы арестовать нас всех за измену, — сказала леди Редмэйн. — Не будем об этом.

Принцесса со стоном отчаяния упала на свой любимый светло-зеленый диван.

— Я не знаю, что делать, — тихо сказала она, обращаясь скорее к мирозданию, чем к леди Редмэйн.

Гувернантка печально улыбнулась.

— Понимаю, всё это тяжело, но… — ее добрые глаза заблестели, — Кажется, я знаю, что может вас подбодрить.

Малейн уткнулась лицом в подушку и пробубнила:

— Что-то, что пахнет как вишня и вино?

Леди Редмэйн рассмеялась, а потом тихонько постучала Малейн чем-то легким по голове. Принцесса села, издав еще один протяжный стон, который он быстро превратился в восторженный писк, когда перед ее глазами замелькал конверт.

— Когда оно пришло?!

Малейн выхватила письмо и мгновенно сломала печать. Ее глаза забегали по строчкам.

Моя дорогая Молли,

Надеюсь, у тебя все хорошо. Сожалею, что моё последнее письмо было таким коротким, и заранее прошу прощения за краткость этого письма. (Разве не забавно, что теперь я оплакиваю отсутствие слов на странице? Ты оказала на меня прекрасное влияние).