Книга Вампиры Дома Маронар, страница 153 – Александра Плен

Первые листья с наших деревьев мы получили только через два года, когда стволы вытянулись, укрепились и перестали выглядеть как жалкие палочки. Я не торопила события – у нас был небольшой стратегический запас асиша «на чёрный день»: на случай, если вдруг к нам нагрянет вооружённый десант басаровцев или каких-нибудь других жадных до иномирских секретиков товарищей.

За эти годы я пристроила в дело все «лишние домики»: рассадила их по кадкам уже целенаправленно, с душой и щедрой заливкой кровушкой. Заодно выяснила важную вещь: просто слегка мазнуть домик кровью – не работает. Его надо чуть ли не вымачивать, как огурец в рассоле. Зато результатвпечатляет: к сегодняшнему дню кадо растут у нас по всему острову. И растут, надо признать, шикарно. Им тут, похоже, очень даже в кайф.

Они же полуразумные, а значит, жить взаперти не хотят, как и все нормальные живые существа. Подавай им не только свободу: солнце, ветер, пространство, нормальную землю под корнями, но и ласку, доброе слово, вовремя восхититься, пообещать великое будущее и не мешать творить.

А в дома́нах что?

Охранники, забор высотой с пятиэтажку, всё выложено отполированным до блеска камнем, ни травинки, ни червячка, ни нормальной земли – сплошной «лофт в стиле ад для флоры». Там дереву только сидеть и тихо страдать.

Когда асиш, как говорится, потёк рекой, народ, естественно, офигел коллективно и синхронно: это что вообще? Откуда столько?

А я что? Я официально «ничего не знаю». Деревья, мол, здесь всегда росли. Может, древние Хозяева‑вампиры селекцией на острове занимались, может, случайно семена залетели. Ну не выкорчёвывать же такое добро, правда?

Кариданцы, конечно, когда Деревья вблизи увидели, прям засияли и аж ладошки потёрли:       «Всё, заживём теперь! Выточим домиков, станем миллионерами, накупим рабов и плюшек!»

Я их энтузиазм быстро остудила: кадо не трогать, ветки не пилить, ничего не отдирать, только собирать упавшие листья, сушить, пить чаёк и радоваться, что вообще вам такое доверили.

Некоторые послушались. Некоторые… ну… как всегда. Эти «некоторые» у нас больше не живут.

Итак, обо всём по порядку.

Вначале к нам приезжал вообще кто угодно, кто только умудрился сюда добраться. Слухи, сплетни, рассказы «там, говорят, на острове все волшебники и рабства нет» – логично, что народ потянулся, как к бесплатной раздаче гостинцев. Соответственно, вместе с приличными, адекватными людьми к нам приплывал и всякий сброд.

Как-то среди очередной партии свежеприбывших лиц населения я выцепила взглядом очень знакомый комплект проблем – Атоля и Ибрума.

Мирно себе стою, оцениваю народ, и тут – бац! – дежавю с привкусом головной боли. Я, естественно, слегка прифигела, внутренне выругалась и сразу же шёпотом попросила Джета:

– Приставь к этим двоим кого-нибудь глазастого и желательно не слишком заметного».

Атоль меня тоже узнал. Ещё бы, такое не забывается. Насмешливо поклонился, прижал руку к груди – весь из себя театральный гусь: чуть пафоса, щепоткаяда, взглядом – как ножичком по стеклу. И, конечно, бодро двинулся в мою сторону.

Я вежливо кивнула в ответ – мол, да, знаю, помню, жива-здоровa, спасибо, что поинтересовался. Шаг навстречу делать не стала. Даже наоборот – грациозно ретировалась за широкую, надёжную спину Джета. Не тот у нас формат отношений, чтобы бросаться обниматься и вспоминать прошлое со слезами на глазах.