Онлайн книга «Турецкий променад по набережной забытых обид»
|
— Как в американских фильмах? — удивляюсь я. — Не приходилось… Однажды мы с папой увидели по телевизору такую сцену и загорелись её повторить… Но так как была зима, вместо костра использовали плиту, да и зефир был обычным ванильным… Кто ж в те времена ведал про маршмеллоу?! — усмехаюсь я, видя как пернатый достает из своего рюкзака маленький пакетик с лакомством. — И что? — с интересом спрашивает он меня, насаживая на шампуры воздушные облака, — получилось? — Едва ли… — прыскаю я, вспоминая наш провал, — дом ещё неделю сладкой гарью вонял, а бабушка и спустя годы припоминала это отцу. — Как он? — неожиданно спрашивает Орлов, обращая на меня серьёзный взгляд. — Твой отец… — Не знаю… — пожимаю я плечами, отворачиваясь от важного птица, чтобы не показать своей печали. — Надеюсь у него всё хорошо… — Не понял… — хмурится Миша, — вы не общаетесь? — Такими способностями я пока не обладаю… — горько усмехаюсь я, и видя тотальное непонимание в глазах пернатого, спешу пояснить. — Он погиб… Месяца через четыре после нашей с тобой первой встречи… — Прости… — хмурится важный птиц обескуражено. — Так странно и нелепо… — бормочу я, вперив взгляд в звёздное небо. Права была Катя, вид чарующий ипоражающий самую глубину сердца. — Ему было тогда столько, сколько и мне сейчас… Несчастный случай на производстве… В момент, когда, казалось бы, всё вновь наладилось: мама снова начала улыбаться, бабушка перестала буравить папу строгим взглядом, да и отец признаться, казался довольным жизнью… — Соболезную… — серьёзно смотрит на меня важный птиц, — и мне жаль, что из-за моей матери в вашей семье был разлад… — Это закономерно… — отмахиваюсь я от него, — родители поженились едва им исполнилось восемнадцать… Бабушка настояла… Думаю ты понимаешь, какого склада характера она у меня была… Полжизни главврачом в городской поликлинике отпахала, командирские замашки не оставляла и дома… — Помню-помню… — согласно кивает Орлов, а я продолжаю. — Родители друг друга считай и не знали вовсе, да только почти сразу же появилась я… Вот и маялись, ища утешения в чём-то или ком-то другом… — Частая история… — соглашается со мной собеседник, вертя шампуры с потемневшим зефиром над огнём. — К сожалению… — киваю я, принимая из его рук угощение. — Спасибо…Ммм, — тяну я, смакуя сладость с карамельной корочкой, — необычно и вкусно… — Подашь еще маршмеллоу? — просит меня пернатый, кивая головой на свой рюкзак, демонстрируя обе руки, занятые шампурами. — Конечно… — выдыхаю я, передавая ему свою опустошенную палку, и поднимаюсь. — Чёрт! — выдыхаю я ошеломленно, когда проходя мимо Орлова, его цепкая рука ловит мою и тянет на себя. Неготовая к подобному я валюсь на пернатого, и маленький складной стул под ним не выдерживает такого коварного захвата, с громким хрустом он опрокидывает наши тела на землю. — Что ты делаешь? — ошеломленно выдыхаю я, падая на твердое мужское тело. — Не знал, как сделать… — озорно улыбается мне Орлов. — Сделать чт… — не успеваю я закончить свой вопрос, когда горячие губы пернатого накрывают мои, а его язык нежно проводит поверх приоткрытых от неожиданности губ. Сладость поджаренного зефира, смешанная с терпкостью выпитого нами вина будоражит кровь, заставляя нутро предвкушающе трепыхаться… — Не останавливайся… — хрипло бормочу я, когда его язык ласково заигрывает с моим. |