Книга Академия Запретных Жестов. Курс 1. Сентябрь, страница 83 – Гарри Фокс

— Мы не опоздали? — спросила она, и в её голосе слышалась лёгкая неуверенность.

— Идеально. Заходите… — сказал я, и язык будто прилип к нёбу.

Мои глаза скользнули по первой — рыженькаяв очках. А вот вторая… Лана… Длинные белые волосы, заплетённые в небрежную, но стильную косу, и пронзительные алые глаза, которые сейчас прищурились, изучая меня с ног до головы. Она замерла на пороге, словно в нерешительности. Наши взгляды встретились, и в воздухе что-то щёлкнуло, словно замок на портсигаре.

— Ну, привет, — протянула она, и в её голосе слышалась лёгкая, язвительная насмешка.

— Эм… Привет, — выдавил я, чувствуя, как по спине бегут мурашки. — Добро пожаловать.

Сука! Видимо, от судьбы не уйдёшь! — пронеслось в голове раскалённой иглой. — И как мне теперь быть⁈ Катя, Лана… Да… бля!

Катя, уже успевшая зайти в комнату вместе с Таней, жестом представила подруг.

— Это Таня. А это Лана.

Зигги, едва взглянув на Таню, сделал вид, что крайне заинтересован узором на обоях, но по его алеющим ушам было ясно — он уже тонет. Громир же, под пристальным взглядом рыжей, стоял, надув щёки и стараясь дышать как можно тише, словно боевой бык, пытающийся прикинуться безобидной коровой.

— Лана, чего встала на пороге? — обернулась к подруге Катя. — Заходи.

— Да, — коротко бросила Лана, переступила порог и бросила на меня взгляд, от которого мог бы завянуть комнатный кактус на подоконнике. Чистый, концентрированный яд.

Тут Катя стремительно подлетела к ней, наклонилась к уху и что-то быстро прошептала. Лана сделала вид, что хихикнула в ответ, но её алые глаза остались холодными и невесёлыми. Мне даже не нужно было слышать слова — по одному только напряжённому выражению её лица всё стало ясно.

Бля! Видимо, Катя сразу же застолбила территорию и сказала, что я её. Сто пудов. Лана, не смотри на меня так, будто я только что растоптал твой самый любимый цветок.

Мои парни окончательно вышли из строя. Зигги напоминал заблудившегося привидения, бесшумно парящего по периметру комнаты, а Громир превратился в надутого бычка, готового либо лопнуть, либо ринуться в атаку от одного неверного взгляда Тани. Пришлось брать штурвал в свои руки, хотя у самого земля уходила из-под ног. Всего пара часов назад я отмазался перед Ланой дежурным «дела, бла-бла-бла»… а теперь она сидит здесь, в моей комнате, смотря на меня так, будто я только что пнул её котёнка. И подруга Кати? Серьёзно? Мир сузился до размеров нашей комнаты и стал невыносимо тесным.

— Давайте.Садимся, — скомандовал я, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Зигги, словно верный пёс, кинулся к заветной тумбочке и извлёк оттуда нашу, не особо презентабельную, бутылку дешёвого вина. Стульев на всех не хватило, поэтому мы водрузили на пол пару матрасов, соорудив подобие пуфиков. Я же забрался на подоконник, заняв позицию наблюдателя — или судьи на собственной казни.

Зигги с дрожащими руками принялся разливать вино, но от его нервной дрожи бокал в руках Ланы мог запросто оказаться на полу. Пришлось мягко отстранить его.

— Давай я.

Я взял бутылку. Первой наливал Лане. Не мог не налить ей первой. Её алые глаза буквально впились в меня, сверля, пытаясь докопаться до сути. Её губы — такие выразительные, с лёгким намёком на насмешку — были сжаты в тугую ниточку. Они не знали, что делать: искривиться в язвительной ухмылке или дрогнуть от обиды. Я так прилип к ним взглядом, что чуть не перелил вино через край её бокала. Остальным налить оказалось делом техники.