Книга Академия Запретных Жестов. Курс 1. Сентябрь, страница 95 – Гарри Фокс

Она указала на меня подбородком, словно представляя экспонат.

— Он шёл по водной глади, не касаясь её, словно призрак. В одной руке он нёс огромный букет пламенеющих люминесцентных орхидей, которые освещали его путь, а в другой… — она сделала драматическую паузу, — … в другой он вёл приручённого им же в тот вечер лунного единорога. Шерсть его переливалась, как жемчуг.

Я поперхнулся собственным слюной. Аларик слушал, разинув рот.

— Роберт подошёл ко мне, — голос Ланы стал тише и загадочнее, — посмотрел в самые глубины моей души своими пронзительными глазами и сказал: «Прости, что заставил ждать. Моё сердце блуждало в потусторонних мирах, но оно всегда знало, что вернётся к тебе». И протянул мне цветы. А единорог… — она вздохнула, — … единорог мягко упёрся своим рогом мне в ладонь, признавая во мне чистую душу.

В карете повисла оглушительная тишина. Было слышно только завывание грифонов за стенкой.

Жанна медленно, очень медленно отвела взгляд от окна и посмотрела на меня. В её холодных серых глазах читалось неподдельное, почти научное любопытство, будто она изучала редкий, но очень глупый вид плесени.

Аларик первым нарушил молчание.

— Братан… — с благоговением прошептал он. — Ты ходишь по воде? И единорогов приручаешь? Хы-ха! Это же круче, чем быть магом десятого круга! Почему ты мне сразу не сказал, брат⁈

Я просто сидел, чувствуя, как под взглядом Ланы моя щека начинает медленно покрываться волдырями от её магической хватки. Мне оставалось только одно. Я глубоко вздохнул и произнёс с самой невозмутимой миной, на какую был способен:

— Скромность — моя вторая черта характера. После везения.

Разговоры в карете были натянутыми и унылыми. Академия, расписание, магическая теория, снова академия… Казалось, даже грифоны за стенкой зевали от скуки. Я уже начал подумывать, не сбежать ли мне при первой же остановке, когда карета наконец замедлила ход, и за окном поплыл город.

Небольшой, уютный, он притулился у подножия холмов, словно иллюстрация из старой сказки. Узкие, вымощенные брусчаткой улочки петляли между домиками с остроконечными крышами, чьи фасады были раскрашены в пастельные тона — розовый, голубой, лимонный. Уже вечерело, и в фонарях, подвешенных на ажурных чугунных столбах, зажглись не электрические лампы, а живые шарики света, мягко мерцающие и переливающиеся. Они отбрасывали на камни тёплые, танцующие блики.

Магазинчики были крошечными, больше похожими на лавки: аптека с сушёными травами в окне, мастерская по починке магических артефактов, где в витрине лежали тихо потрескивающие кристаллы, бутик с одеждой, где платья сами по себе медленно кружились на вешалках. Тут и там стояли лотки уличных торговцев, предлагающих горячие каштаны, сладости или простенькие амулеты. Жителей было немного — в основном парочки и такие же студенты, слоняющиеся без дела.

— Ух ты, — не удержался я, прилипнув лбом к стеклу. На фоне мрачной готики академии это место казалось воплощением уюта и жизни.

— Первый раз тут? — спросила Лана, с некоторым удивлением заметив мой детский восторг.

— Да, среди недели как-то не выбирался сюда, — честно признался я, отрываясь от окна. — Всё время или учёба, или… ну, ты знаешь.

Лана вдруг потянула меня за рукав, наклонилась и прошептала так, чтобы слышали только мы двое, но с таким намёком, что было ясно — это приказ.