Книга Маркатис #2. Курс 1. Октябрь, страница 115 – Гарри Фокс

Мы медленно, стараясь не издавать ни звука, отступили от зияющего гроба и выбрались из склепа. Каменная плита с глухим скрежетом задвинулась за нами, когда мы поднялись по ступеням, но тревожное алое свечение кустов в лабиринте никуда не исчезло.

— Котеночек, — сказал я, всё ещё держа Лану за руку и чувствуя, как дрожат её пальцы. — А теперь мы будем действовать строго по-моему плану. Всё. Идём. И немедленно зовём твоего отца.

— Да, — безропотно согласилась она, в её глазах не осталось и следа прежнего азарта, лишь тревожная осознанность.

Мы рванули по лабиринту, но бежать было страшновато — багровые кусты, казалось, следили за нами, их листья шелестели без ветра.

— Это нормально? — выдохнул я, указывая на них.

— Нет, — тяжело дыша, ответила Лана и постепенно перешла на быстрый шаг, прижимая руку к груди. — Чёрт… С такой грудью бегать — то ещё удовольствие. Готова была бы отрезать её, честное слово.

— А мне нравится, — я не удержался от лёгкой ухмылки, пытаясь сбросить напряжение.

— Бери, забирай себе, — отмахнулась она, но краешек её губ дрогнул в подобии улыбки.

Мы выбрались из лабиринта и почти бегом устремились к замку. У главного входа, словно нас поджидая, стоял дворецкий Альфред. Его бесстрастное лицо стало ещё суровее, когда он увидел наши бледные, взволнованные лица.

— Ваша светлость, молодой господин, — он склонил голову. — Вы выглядите встревоженными.

— Альфред! В лабиринте… там… — начала было Лана, запыхавшись.

— Мы нашли кое-что внизу, — перебил я, стараясь говорить чётче. — Склеп. И… кого-то спящего.

— Спящего? — удивился Альфред.

— Под статуей вампира оказался проход. — сказал я. — Мне кажется… там спит один из древних предков Бладов.

Лицо Альфреда осталось непроницаемым, но его брови почти неуловимо поползли вверх.

— Понятно. Это… неожиданные новости. — сухо ответил дворецкий. — Я немедленно сообщу его светлости. А вам, — его взгляд стал твёрдым, — я настоятельно рекомендую не приближаться к лабиринту и проследовать в свои покои.

Мы так и поступили, молча пройдя мимо него в огромные двери. Когда мы оказались в коридоре, я спросил у Ланы тихо:

— А почему мы сами не пошли и не сказали твоему отцу? Зачем через дворецкого?

Лана закатила глаза с видом человека,объясняющего очевидное.

— Он работает. Когда отец погружён в дела, его нельзя отвлекать ни на что, даже на пробудившихся древних предков. Альфред знает, как и когда подать информацию правильно. Так будет быстрее и… безопаснее для всех.

Она снова взяла меня за руку и с решительным видом потащила за собой по лестнице в свои покои.

— А пока… мы будем ждать. И, думаю, нам стоит держаться вместе. На всякий случай.

Дверь закрылась с мягким щелчком, отсекая нас от гнетущей атмосферы замка. Комната, ещё недавно казавшаяся таким уютным убежищем, теперь наполнялась напряжённым ожиданием.

Лана, не говоря ни слова, прошла к своему туалетному столику и с силой дернула шнур звонка для прислуги. Её движения были резкими, выдавленными.

— Принесут ужин. И вина. Лучшего, — бросила она, больше глядя на своё отражение в зеркале, чем на меня.

Она сняла туфли и бросила их в угол, затем принялась расстегивать пряжки на корсете своего платья, словно он душил её.

— Чёрт, я вся дрожу, — прошептала она, наконец сбросив его и оставаясь в одной тонкой шелковой сорочке. Она обхватила себя за плечи, потирая ладони.