Книга Маркатис #2. Курс 1. Октябрь, страница 88 – Гарри Фокс

Я посмотрел на звёзды за стеклянным куполом, чувствуя тяжесть этих загадок.

— Думаю, скоро я узнаю причину всего этого. Всё идёт к тому, что тайное станет явным. Но пока… — я перевёл взгляд на неё, и мои глаза смягчились, — пока я просто хочу забыть обо всех этих заговорах и силах. Я хочу закончить этот день, наслаждаясь одним лишь твоим обществом.

Лана смущённо опустила глаза, её щёки залил лёгкий румянец. Я поднял руку и нежно провёл пальцами по её белоснежным волосам, ощущая их шёлковистую текстуру.

— Ты говоришь такие вещи… — прошептала она, но не стала сопротивляться, когда я наклонился и мягко прикоснулся губами к её губам.

Этот поцелуй был не страстным, а скорее нежным, полным понимания и тихой радости. Когда мы оторвались, Лана посмотрела на меня своими огромными алыми глазами, полными доверия и любви. Затем, словно повинуясь безмолвному приказу, она медленно поднялась и развернулась, чтобы усесться ко мне на колени лицом ко мне, обвив мою шею руками.

— Тогда наслаждайся, — тихо сказала она, прижимаясь лбом к моему. — У тебя есть я. И никакие силы мира не отнимут у тебя этот момент.

Мои руки, всё ещё прохладные от вечернего воздуха, скользнули под мягкую ткань её майки, коснувшись тёплой кожи на талии. Лана вздрогнула и фыркнула, прижимаясь ко мне ближе.

— Холодные, — пробормотала она, но её губы уже тянулись к моим.

— Мы быстро согреемся, — пообещал я шепотом прямо у её губ, пока мои пальцы искали застёжку на её спине.

Ловко расстегнув крючок, я почувствовал, как она слегка напряглась. Лана оторвалась от поцелуя и сделала недовольное лицо, её брови сдвинулись, а губы надулись. Но в её глазах не было ни капли настоящего протеста, только привычная маска наигранного раздражения, за которой скрывалось ожидание. Она даже не подумала сопротивляться, лишь издала короткий, притворно-возмущённый звук.

Затем она снова притянулась ко мне, и на этот раз её поцелуй был более властным, требовательным. Её язык встретился с моим, а руки впились в мои волосы. Пользуясь моментом, я просунул руки под расстегнутые чашечки лифчика, которые тут же ослабили хватку. Мои ладони накрыли её упругую, тёплую грудь, и я почувствовал, как под пальцами затвердели её сосочки.

Лана снова вздрогнула, на этот раз от резкого контраста температур, и оторвалась, чтобы цыкнуть:

— Холодно!

Я прикрыл глаза, потирая её нежные сосочки, и извиняюще ухмыльнулся:

— Извини. Но тяжело устоять. Они такие… идеальные.

Она что-то проворчала в ответ, но её тело говорило совсем иное — она выгнула спину, инстинктивно подставляя грудь под мои прикосновения, а её дыхание стало прерывистым и горячим. Холод моих рук быстро сменился жаром, идущим от её кожи и от вспыхнувшего между нами желания.

Лана страстно наклонила мою голову, её пальцы вплелись в волосы, притягивая мои губы к своим в жгучем, влажном поцелуе. В то же время мои руки скользнули вниз, сжимая её упругую попку через тонкую ткань джинс, прижимая её к моему уже напряжённому возбуждению. А мои пальцы на её груди не унимались, лаская один твёрдый, набухший сосок, затем переключаясь на другой, заставляя её стонать прямо мне в рот. Её стоны были сладкой музыкой, а её руки в моих волосах лишь подстёгивали моё желание.

Внезапно она мягко отстранилась, её алые глаза, затуманенные страстью, встретились с моими. Не говоря ни слова, её пальцы потянулись к моей ширинке. Слышалось тихое шипение молнии, когда она расстегнула её, и затем её тёплая ладонь обхватила мой член, с трудом высвобождая его из тесного пространства. Она смотрела то в мои глаза, полные ожидания, то на его величинув своей руке, и на её губах играла хитрая, соблазнительная улыбка.