Книга Князь: Попал по самые помидоры, страница 222 – Гарри Фокс

— Надеюсь, ты понимаешь, что я к тебе… очень хорошо отношусь. И… — я запнулся, подбирая слова.

— И когда трахаете меня в анал, Вы проявляете своё благорасположение ко мне, — закончила она за меня, с присущим ей ядовитым сарказмом. Её плечи слегка напряглись.

— Ирис, — смутился я, чувствуя, как краснею. — Понимаешь… тут…

— Понимаю, — съязвила она,наконец выпрямившись, но всё ещё не глядя на меня. — Я же служанка. Что я могу сказать против воли моего господина?

— Если тебе не нравится… — начал я, но она резко обернулась.

Её голубые глаза сузились до щелочек, губы были плотно поджаты. В её взгляде читалась целая буря: обида, гнев, усталость и капля горького торжества.

— То Вы прекратите? — выдохнула она, и в её голосе прозвучал настоящий, не наигранный вызов.

Я замер, глядя на неё. На её идеальные, бледные черты лица, на упрямый подбородок, на глаза, в которых плескалось море незабытых обид.

— Ты меня возбуждаешь, — просто сказал я, опуская защиту. — Всегда возбуждала. Даже когда я тебя ненавидел.

Ирис фыркнула, но её взгляд смягчился на йоту.

— А я думала, Вы так пытаетесь возвыситься надо мной. Опустить меня.

— Это уже не правда, — я сделал шаг вперёд и, не дав ей отстраниться, нежно взял её за плечи. Её тело напряглось под моими пальцами, как натянутая струна. — Я бываю груб. Иногда суров. Но к тебе я питаю… нежные чувства. Мы с тобой давно знакомы…

— И ничего хорошего в нашем прошлом не было, — холодно отрезала она, но не стала вырываться.

— Как же хорошо, что это прошлое закончилось. Да? — тихо спросил я, глядя ей в глаза.

Ирис промолчала. Она просто стояла, погружённая в свои мысли, а в её взгляде читалась целая история борьбы, боли и, возможно, зарождающейся надежды. Она не ответила, но и не отвергла моих слов. И в этой тишине было больше смысла, чем в любой клятве.

— Я не понимаю, зачем Вы начали это всё вспоминать, — наконец выдохнула Ирис, и её голос дрогнул, сбиваясь с привычного язвительного тона на что-то более уязвимое.

— Потому что мы с тобой толком и не говорили, — мои пальцы слегка сжали её плечи. — Всё так быстро происходит, что я не знаю и не могу быть уверен в твоих чувствах. Не знаю, как ты на всё это смотришь. По-настоящему.

— Если я скажу, что чувствую себя шашлыком на шампуре, то этого будет достаточно? — она попыталась улыбнуться, но получилось криво и печально.

Я медленно наклонился вперёд, пока мой лоб не коснулся её лба. Её кожа была прохладной. Она замерла, перестав дышать.

— Нет, — тихо сказал я. — Этого недостаточно.

— Если честно, то не знаю, — прошептала она, и её дыхание снова стало прерывистым. — Меня тянет к Вам… но одновременномне всё это противно. А моё положение вынуждает всегда стоять где-то в стороне. Я не могу уйти от Вас и не могу слишком приблизиться. Возможно, мои обиды и есть основа всему.

— Иерархия — одно. И эта вещь исправима. Моего слова будет достаточно, чтобы её изменить. Но… твоя душа. Тут нужно будет поработать.

Ирис вздохнула с невероятной тяжестью, будто этот вздох копился годами.

— Ваши издевательства надо мной дают о себе знать. И мне странно, что я чувствую некоторое удовольствие, когда нахожусь под Вами. Но! — она резко выдохнула, и её глаза наполнились чистой, незамутнённой ненавистью. — Стоит мне остаться одной, так я всем сердцем желаю Вам мучительной смерти. Простите, если Вам больно это слышать.