Книга Князь: Попал по самые помидоры, страница 98 – Гарри Фокс

— Да, — кивнул Годфрик, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на кратковременное изумление перед лицом женской логики. — Все три. Кажется, это зрелище даже местных пьяниц в стойло загнало.

— И… во сколько начало свадьбы? — Спросил я, уже предчувствуя ответ.

— Через десять часов, господин, — прозвучал приговор. — Ровно в полдень. Колокола, фанфары, толпа, королевская процессия… вся эта мишура.

— Мне пиздец, — констатировал я, ощущая, как холодная волна паники поднимается от копчика к затылку. Десять часов! Чтобы прийти в себя после этого! После оргии, погони и ночи, которая закончилась его полным физическим коллапсом под телом Элианы?

— Вам пиздец, — безжалостно подтвердил Годфрик. — Барон Отто уже тут, юлит у конюшни, боится даже тени вашей. Аристократы со всего Эрнгарда съехались — графы, бароны, какие-то герцоги дальние. Даже… — он сделал паузу для драматизма, — … даже Ваша тетушка, королева Марицель Аскаронская, войну прекратила. Специально. Ради Вашей свадьбы. Вас, — он скривился, —восхваляют. Как символ мира и прочую клюкву. Но…

— Но? — спросил я, уже зная, что ничего хорошего после этого «но» не будет.

— Но Ваш вид, князь, — Годфрик оценивающе окинул меня взглядом, от моих запавших глаз до дрожащих рук, — … он просит не фанфар, а куриного супа. Горячего. И много-много еды. Потому что свадьба, — он поднял три пальца, — расписана на три дня. Пиршества, турниры, бал, охота… И вам, — он снова посмотрел на меня с безрадостной прямотой, — будет очень. Очень. Тяжело.

Я попытался переключиться на дела. Хоть какая-то отдушина.

— А что с регионом? Бертрам не сдох еще от паники?

— Бертрам, — кивнул Годфрик, — все выполняет согласно Вашим инструкциям. Шахты работают, поля колосятся, купцы платят. Мы… процветаем. Ах, да, еще кое-что… — Он замолчал, явно собираясь с мыслями, как донести самую сочную новость.

— Что такое? — спросил я, чувствуя, как в животе холодеет. Опять что-то. Обязательно что-то.

— Его Свирепейшее Высочество, Лорд-Защитник Эрмхаусских Скал, Непоколебимый Клык Аскарона, Отец Первой Мурлыки… — Годфрик перечислил титулы с явным почтением, смешанным с опаской, — … прибыл. На свадьбу. Лиры. Вашей невесты.

Я тяжело, как кузнец перед горном, вздохнул. Воздух свистел в пересохшем горле.

— Надеюсь, — выдавил я, — он… не узнает. Про то, что я тут творил. С его дочкой… и другими… и в источниках… — Мысли о том, что рассказывать о ночи наказания категорически нельзя, даже не возникали. Это было выше всяких сомнений.

— Будем надеяться, — без особой веры в успех пробормотал Годфрик. — Но, князь… я слышал краем уха… Он… — Годфрик понизил голос, хотя в кабинете кроме нас никого не было, — … очень жестокий воин. Легендарный. Суров. И… традиционных ценностей.

— В смысле? — спросил я, хотя интуиция уже подсказывала направление, в котором дует ветер.

— Ну… — Годфрик потер переносицу. — Одна жена. Пожизненно. Никаких гаремов, наложниц или даже намеков. Чистота крови и семейных уз. Что, — он добавил сочувственно, — как Вы понимаете, немного… противоречит кошачьей натуре его дочери… и…

— И? — подстегнул я, чувствуя, как под ложечкой начинает сосать.

— И, князь, — Годфрик посмотрел мне прямо в глаза, — говорят, он категорически не одобряет браки межрасами. Считает это… неестественным. Осквернением. Вообщем… — Онразвел руками. — Полная жопа.