Книга Князь: Попал по самые помидоры, страница 99 – Гарри Фокс

Я вздохнул. Последний вздох перед падением в бездну. Потом просто рухнул лицом на прохладный деревянный стол. Лоб приятно охладился, но это не принесло облегчения. В голове стучала одна мысль, отбивая такт на барабане из черепа:

Ну что за напасть-то, а?

Годфрик вздохнул, сжав кулаки так, что костяшки побелели. Его обычно добродушное лицо было напряжено до предела.

— И еще, князь… — он замялся, — … у меня есть просьба. Небольшая.

Я устало потер виски, предчувствуя подвох.

— Какая? И она не можетподождать? Хотя бы до завтра? Мне бы в ванну окунуться, поесть…

— Пока есть возможность, — загадочно проговорил Годфрик, избегая моего взгляда. — Князь, прошу. Потом… потом будет трудно поймать момент. И объяснить.

Я застонал, но кивнул. Что еще оставалось?

— Ладно, черт с тобой. Говори.

Вместо слов Годфрик встал, его доспехи звякнули.

— Нам нужно пройти… до моих покоев. Там все поймете. Быстрее.

Я с неохотой поднялся, чувствуя, как каждая мышца вопит от протеста. Поплелся за своим капитаном по знакомым коридорам. Годфрик нервничал — это было видно по его скованным движениям, по тому, как он озирался. Почему?— мысленно вопрошал я, но догадок не было. Разве что спрятал в комнате украденный пирог? Хотя Годфрик был не из мелких воришек.

Когда мы зашли в его скромные, но опрятные покои (пахло кожей, маслом для доспехов и… чем-то сладковатым?), картинка начала проясняться. Медленно. Как сквозь туман похмелья.

На кровати, уютно устроившись среди грубых солдатских подушек, сидела… кошколюдка. Мурка. Рыжешерстная, с яркими изумрудными глазами и парой игриво подрагивающих рыжих ушек. Она была одета в нежное, почти воздушное платье цвета весенней листвы, которое странно контрастировало с аскетичной обстановкой. В пушистых лапках (нет, руках, но с мягкими подушечками) она держала книжку, видимо, с картинками.

Как только мы вошли, она вскочила с кровати с кошачьей грацией. Ее лицо озарила радостная улыбка, обнажив маленькие острые клыки. Прежде чем я успел что-либо сообразить, она стремительно подбежала и… пала на колени прямо передо мной.

— О, это такая честь, Ваша Светлость! — ее голосок звенел, как колокольчик. — Я знала, что Вы нам не откажете! Это будет так славно! Так… правильно!

И прежде чем мойзатуманенный разум успел сформировать мысль «Какого черта творится⁈», ее ловкие пальчики с мягкими подушечками щелкнули пряжкой моих кюлотов. Следом полетели вниз и тонкие льняные трусы. Холодный воздух кабинета ударил по оголенной коже. А потом… Теплота. Влажность. Невероятная нежность и умение. Моя утренняя усталость и «пиздец» куда-то испарились, уступив место мгновенному, мощному пробуждению. Мурка взяла мой внезапно оживший ствол в рот. И не просто взяла — она погрузилась на него с глубоким, довольным глотком, ее изумрудные глаза смотрели на меня снизу вверх с чистосердечным восторгом.

Я остолбенел. Физическое ощущение было настолько ярким, настолько неожиданным, что мозг просто завис.

— Годфрик⁈ — выдавил я, отрывая взгляд от рыжей головы, усердно работающей у меня между ног, и глядя на своего капитана. — Ты… ты не видишь⁈ Она мне… при тебе… сосет!

Годфрик стоял рядом, его лицо было серьезным, почти торжественным. Ни тени смущения или ревности.

— Князь, — сказал он твердо. — Я хочу жениться на Мурке. На ней. Вот на этой. — Он указал на девушку, чьи губы в этот момент сладко сжимались вокруг моей головки. — Я хочу, чтобы Выоценили мой выбор. Чтобы Вы убедились, какая она… достойная. Чтобы Вы… были счастливы за нас. — Он запнулся. — Да и… Мурка хотела… ну… тройничок. Чтобы и Вы ее… попробовали. Одобрили. А она так сладко говорит, как я мог ей отказать?