Книга РОС: Забытый род, страница 113 – Гарри Фокс

Мои слова повисли в воздухе. Несколько человек неуверенно переглянулись. Кто-то скептически хмыкнул. Я последовал их взглядам: голые каменные стены, солома на полу, запах немытого тела и отчаяния.

— Мда… — пробормотал я себе под нос, вспоминая обещания Амалии и Виолетты. — А мне говорили, что вы тут как у Христа за пазухой… Наврали, сволочи. Исправим. Жилье у вас будет свое. Настоящее. Целый дом. С кроватями. Со столами. С… окнами.

Надежда загорелась в глазах у многих. Настоящие кровати! Окна!

Григорий подошел ближе. Его бывалый взгляд все еще был полон сомнений, но в нем появиласьтень доверия. Он потер щетинистый подбородок.

— Лекс… — начал он, неловко кашлянув. — Я, конечно, стар. Борода седая. Но… — он замялся, смущенно глянув в сторону, будто вспоминая тот самый опасный «буфер». — Та служанка… ну, с… объемными достоинствами… Можно я… ну… позову ее? На свидание? Так… по-человечески? — Он произнес это с такой серьезностью и робостью, как будто просил разрешения на штурм вражеской крепости.

В комнате повисла тишина. Потом кто-то сдержанно фыркнул. Марк замер с карандашом над блокнотом, записывая: "Первая зафиксированная попытка социальной адаптации кандидата Григория (40+) к новым матриархально-райским условиям. Объект интереса: самка рода Homo Serviens с гипертрофированными молочными железами".

Я посмотрел на Григория — на его морщинистое, но еще сильное лицо, на смущение в глазах ветерана, и широко улыбнулся. Впервые за долгое время — искренне.

— Григорий! — хлопнул я его по плечу. — Это не просто хорошая идея! Это блестящая идея! Первый шаг к мирному сосуществованию! Конечно же! Бери! Иди! Зови! Я только за! Скажи ей… — я понизил голос, делая вид, что делюсь великой тайной, — …что у тебя есть личный резерв "Слез Аспида". Пятидесятилетней выдержки. На двоих.

Григорий сначала остолбенел, потом его лицо расплылось в редкой, чуть смущенной ухмылке. Он кивнул, поправил пояс и с внезапно выпрямившейся спиной направился к двери. По дороге он наступил на солому, которую Степан, уже мысленно примеряя роль мирного батюшки, начал аккуратно сметать в угол.

Комната взорвалась смехом — нервным, снимающим напряжение, но настоящим. Даже самые мрачные из спасенных ухмыльнулись. Артем перестал всхлипывать и с любопытством смотрел на уходящего Григория.

Я стоял посреди этого внезапно ожившего мужского «рая», слушая смех и видя первую искру нормальной жизни в их глазах. Пока что с соломой на полу и сомнительными перспективами у Григория. Но начало положено. Осталось только выбить у Амалии настоящий дом, успокоить Элиру с ее револьверами, не дать Аманде кого-нибудь отравить, подготовить Степана к венчаниям и… провести собственную свадьбу с Виолеттой, которая, наверное, уже примерила сороковое кружевное белье.

Легко. Всего лишь очередной день в змеином раю. Я поймал взгляд Марка, который уже рисовал в блокноте схему "Оптимальное расположениеокон в мужском общежитии с учетом инсоляции и вероятности подглядывания служанок". Хотя бы кто-то мыслил практично. Остальное… как-нибудь переживем. Главное — начали смеяться. Это уже победа.

Каменные ступени встретили ладонь ледяным прикосновением сырости. Снизу, словно из другого мира, доносились обрывки смеха и гул оживленных голосов моих людей — мирские заботы, планы на будущее, шепот о служанках… Григорий, небось, уже вовсю высматривает ту самую, с "выдающимися достоинствами". Уголок рта невольно тронула усмешка. Пусть хоть у них всё будет хорошо.