Книга Другие правила, страница 147 – Валерия Аристова

Хуан всегда хорошо относился к Жоржу де Безье. Поэтому он был рад его приезду. В отличии от Филиппа, Жорж всегда был искренен с ним, и их можно было бы даже назвать друзьями. Жорж мог настаивать на его браке с Валери в силу заключенной год назад помолвки, поэтому Хуан некоторое время размышлял, не попросить ли его об этом. И только совсем поздно вечером решил, что насилие в самом начале никогда не скажется хорошо на самом браке. И, поскольку это был последний его шанс, он все больше и больше погружался в глубокую депрессию, и под конец недели он с трудом мог общаться с людьми, вести беседу и держать себя в рамках, и, будь он менее воспитан, то не появлялся бы на трапезах и вечерах, где все больше теперь предпочитал отмалчиваться, занятый своими мыслями. Тем более, что виконт де Турне постоянно маячил в замке и ни на шаг не отходил от Валери.

Несколько раз Валери пыталась помириться с ним, звала его в парк или к себе, но беседа не клеилась. Он не хотел говорить, он просто смотрел на нее, навсегда запоминая каждую черточку ее лица. Доминикана казалась ему уже настоящей тюрьмой, как и любое другое место, где нет Валери.

— Он либо уже болен, либо на днях заболеет, — сказал Сафи, когда Валери готовилась ко сну и сидела перед зеркалом, расчесывая волосы, которые вспыхивали золотом в свете свечей.

— Еще всего один день, Сафи. И дальше безграничное счастье. Если он, конечно, не сломается. Я уже обещала вам с Катрин, что буду самой лучшей женой в мире.

В этот момент дверь в дальней комнате отворилась, и через некоторое время занавес раздвинулся и вошел Хуан. УвидевВалери с распущенными волосами, в белом пеньюаре, он некоторое время не мог оторвать от нее взгляда, просто стоял и смотрел, забыв, зачем пришел к ней.

— Вали, кончай свои игры, — сказала Сафи по-мадьярски, — у тебя есть отличный шанс закончить прямо сейчас. Давай, зови его в постель. Ты — его жена. Не забывай об этом.

Валери продолжала расчесываться. Волосы магнитились к расческе и она провела рукой по ним по всей длине.

— Завтра. Я должна довести все до конца. Я должна знать. Лучше я останусь одна, чем не смогу ему доверять.

— Пока ты не довела его, доверять вполне можно, — бросила Сафи, уходя в другую комнату.

Валери и Хуан остались наедине.

Было очень тихо. Валери продолжала расчесывать волосы, медленно ведя по ним гребнем. Хуан подошел ближе, взял гребень из ее рук и, сам ужаснувшись своей наглости, провел несколько раз им по ее волосам. Валери смотрела на него через зеркало. Глаза их встретились. От одной только мысли о том, что завтра она вложит свою руку в руку другого мужчины, а ему придется навсегда покинуть и ее, и континент, у него темнело в глазах от боли, ревности и тоски. Рука его задрожала, он опустился на колени около ее ног и прижался к ее руке лбом.

— Год назад ты согласилась выйти за меня замуж, — сказал он тихо, — ты сделала это только ради Филиппа?

Валери повернулась на стуле. Сафи была права, думала она. Сафи права. Он вполне может сломаться. Самое время прекратить игру. Но тогда она всегда будет жить как на иголках. Пусть уж лучше уйдет сразу.

Она притянула его к себе.

— Нет. Я хотела этого сама.

— Почему? Ты пожалела меня из-за Диего?

— Нет, — она покачала головой и провела рукой по его волосам, — я хотела этого сама. Мне очень жаль, Хуан, что так получилось. Я прошу прощения у тебя за то, что не смогла быть верной тебе.