Книга Другие правила, страница 150 – Валерия Аристова

Валери встала. Глаза ее были темными и твердыми.

— Ты не смеешь так разговаривать со мной! — сказала она.

Он тоже встал и неожиданно улыбнулся:

— А почему? Ты — моя жена. И ты наверняка желаешь знать всю правду. Я позволял столько времени вытирать о себя ноги, безропотно сносил все твои издевки, что буду весьма покладистым мужем с большой коллекцией рогов?

— Сейчас же прекрати!

— Кто еще знал? Катрин? Сафи?

— Да. Только они.

Он помолчал.

— Надеюсь, что вам было весело. Интересно наблюдать, как человек теряет человеческий облик? Переходит от безумной надежды к полному отчаянию? – он смотрел прямо на нее, — я очень сожалею, что убил этого бандита, дона Родриго. Вы были достойны друг друга!

Валери резко обернулась.

— Дай руку, Хуан. Мы должны вернуться на прием.

Больше за вечерони не сказали друг другу ни слова. Хуан просто ждал, когда прием закончится. Не было ни отчаяния, ни обиды. Только пустота. Больше всего ему хотелось оказаться дома, в Мадриде, и чтобы мама была рядом. Прижаться к ее ногам, спрятаться от всего мира.

Если бы неделю назад он узнал, что той ночью они обвенчались, он был бы безумно счастлив. А сейчас… Сейчас было желание никогда больше не видеть эту женщину. Чтобы она просто не появлялась в его жизни.

Почему он не остался в Мадриде, как умолял его брат? Антонио всегда был мудрее него. «Предоставь Валери ее судьбе», — сказал Антонио, — «Она сама выбрала негодяя из вас двоих, пусть она за свой выбор и отвечает». Но тогда Хуана было не остановить. А сейчас… Сейчас ему очень не хватало брата. Брата, который был больше чем брат, который был его другом. Как получилось так, что он оказался в чужой стране без друзей и родных? Его всегда все любили. Мать, отец, брат. Слуги. Женщины. Друзья. Не любила только Валери. Зачем он погнался за мечтой, которая оказалась простым мороком?

Вечером он зашел к Сафи и разузнал про ее новое лекарство.

— Оказывается, что лекарство не только обезболивает, но и каким-то образом стирает память, — сказала Сафи, — но тогда мы не знали об этом. Знали только, что действует как снотворное. А недавно я попробовала на себе – записывала все, что делала вечером, потом приняла лекарство и встала утром совсем ничего не помня… Надо будет изменить рецепт. Я думаю над этим.

Этого было достаточно, чтобы мозаика сложилась.

— Я доставил ей множество веселых минут, — он поклонился Сафи, и пошел к себе, желая только одного, как можно скорее оказаться в Испании.

Но утром его встретил Жорж де Безье, который принес огромную стопку бумаг.

— Вместе с женитьбой на Валери де Флуа вы унаследовали графский титул, который передается только по мужской линии. Так что сейчас вы – граф де Флуа, и ваш наследник получит титул. Здесь, — он хлопнул ладонью по папке – все документы, связанные с наследством. Счета, опись владений, отчеты. Ознакомьтесь. Если честно, я рад, что больше не обязан заниматься этим.

И он ушел, оставив Хуана наедине с грудой бумаг.

До самого вечера Хуан пытался понять, о чем же идет речь. Владения графа де Флуа были обширны и приносили огромный доход. Хуан попытался разобраться в источниках доходов, основныхрасходах и способе управления графством. Это отвлекло его от прочих мыслей. Стало понятно, что придется ехать во Флуа и разбираться на месте. Этого совершенно ему не хотелось, но на самом деле было лучше себя чем-то занять.