Книга Красавица, страница 106 – Валерия Аристова

...

Уставший с дороги и после выяснения отношений с Дианой дАжени Морис спал. Он заснул мгновенно, лишь коснувшись головой подушки. Ему снилась Испания, он снова гнал на коне по вересковым полям, и только ветер был ему спутником. Когда-то такие гонки вызывали у него восторг. Только наедине с конем он мог чувствовать ту небольшую толику свободы, которой не имел, будучи в услужении у атамана Рикардо, которого боялся и ненавидел. И из страха перед которым совершил множество краж. Он крал коней, урожай, он крал кур и поросят. Он таскал из сараев тюки с капустой. И вот он на коне, один, среди вересков, и он может мечтать, что он сам себе господин, что он...

— Господин Морис!

Он резко сел на кровати. Лампа почти прогорела и ее света не хватало, чтобы определить, где он находится.

— Господин Морис!

Голос был женский. Морис протер глаза, и тут сон стал развееваться и память понемногу вернулась к нему. Он усмехнулся, вспомнив сон. Рикардо заставлял его воровать, но не заставлял бросать вызов инквизиции, угрожать послам, похищать женщин, не бросал в подземельеи не посылал умолять несносных красоток. Сейчас же он свободен. Его новый господин прогнал его, а он все равно занят его делами. Которые и привели его из одного подземелья в другое. За последний год случилось столько событий, что они с трудом умещались в голове.

— Вы слышите меня?

Он встал, протирая глаза, подошел к двери. За решеткой в темноте маячило белое лицо молодой девушки. Морис вспомнил, что эта девушка отворила ему дверь и он принял ее за служанку. Но прическа ее и кружевная косынка говорили о том, что она не горничная. Просто в сравнении с Дианой все остальные женщины выглядели одинаково серо.

— Я Эмма де Шафре. Я могу помочь вам, если вы желаете. Я...

Она замолчала под его взглядом. Потом вдруг залилась румянцем, боясь, что даже в темноте он увидит, насколько она смущена. Юноша, стоящий перед нею, был ее ровесником или немного младше. Высокий, худой, с взлохмаченными волнистыми черными волосами. Большие глаза внимательно смотрели на нее.

— Благодарю вас за заботу, мадемуазель де Шафре, — сказал он. Он говорил с акцентом, но она не понимала, с каким.

— Я могу выкрасть у Дианы ключ и вывести вас, — почти прошептала Эмма.

Он все еще смотрел на нее, не отводя глаз. Очень внимательно и спокойно. Потом улыбнулся.

— Благодарю вас. Но вынужден отказаться.

— Отказаться? — воскликнула она, вцепившись в решетку, — но как такое возможно?

Морис усмехнулся. Немного грустно.

— Мне нужно поговорить с мадемуазель дАжени. Она обязательно придет, если я буду здесь. И вряд ли мне удастся поговорить с ней, если я сбегу.

— Вы не в своем уме? — Эмма отступила от двери и нервно сжала руки, — вы, наверное, сошли с ума?

Теперь он засмеялся, а она не знала, что ей делать, плакать, смеяться или бежать как можно скорее из подвала.

— Никто не имеет права удерживать невиновных в тюрьме! — воскликнула она.

— Но почему вы решили, что я невиновен? — удивился он.

— Потому... — Эмма осеклась, и вдруг уставилась на него, — а в чем вы виновны?

— Долгая история, и вряд ли вам она будет интересна, — Морис прошелся, заложив руки за спину, — простите, но я не могу принять вашу помощь. Хоть это и звучит весьма забавно.

Передайте мадемуазель дАжени, что я молю ее о прощении. Хотя вряд ли она сможет так легко простить меня. И еще скажите ей, что он меня прогнал. И что я здесьпо своей воле.