Книга Цена любви, страница 18 – Валерия Аристова

— Позвольте мне помочь вам одеться, — говорил он, на самом деле желая полюбоваться на ее стройный стан, и коснуться ее нежной кожи.

Делать было нечего, и Дама вышла из озера, блистая красотой. Рыцарь помог ей одеться, и сам завязал завязки ее башмачков. Но тут взыграла в нем страсть, уронил он даму на траву и тут же овладел ею. Но удовлетворив страсть и видя, как рыдает обиженная им Дама, он встал на колени перед ней и долго молил ее о прощении. Я предлагаю опросить присутствующих тут дам, стоило ли Даме давать ему прощение? Ведь совершив ради нее множество подвигов, и сложив к ее ногам неземные богатства, пытался он молить ее любви. Но Дама была непреклонна, и рыцарь бросился в неравный бой, погибнув на ее глазах с именем ее на устах.

Эстель смотрела на Эдуара, но когда он поднял на нее глаза, отвела взгляд. Жульен перестарался, выполняя ее просьбу. Но тут Матильда де Сорелье взяла слово, и долго убеждала всех собравшихся, что дама была совершенно права, осудив поступок рыцаря, ибо в любви насилию не бывать.

— Неужели искреннее раскаяние не может стать причиной для прощения? — вдруг подал голос Эдуар, и все взоры обратились к нему, — ведь то, что зародилось, как греховная страсть, могло стать истиной любовью, пройдя испытания.

— Но могло и остаться той же страстью, — возразила Эстель, сверкнув глазами.

— Ах, прекрасная моя госпожа, как же вы правы, — заговорил старый сенешаль, — что родилось страстью, то ею навсегда и останется!

— Но ведь рыцарь мог раскаяться в свой несдержанности. Он нанес даме оскорбление, но ведь должен быть пусть заслужить прощение! — добавил юный рыцарь, племянник сенешаля, который явно был непрочь получить лилию вместо Эдуара.

Эдуар взглянул на него, и сердце больно сжалось от ревности.

Юноша был хорош собой и не лез в карман за словом. Вполне возможно, графиня, которая как раз улыбалась ему, могла устроить соревнование и одарить лилией не одного Эдуара.

— Позвольте возразить вам, барон де Леврэ, — отозвалась Матильда, — подобные поступки невозможно простить. Ведь насилие в зародыше убиваетлюбовь. Поэтому Дама была права, отказывая рыцарю. Как можно любить того, кого тело призывает опасаться?

— Но ведь милосердие — это главная добродетель Дамы, — не сдавался юный барон, — и вы, госпожа, прекрасно понимаете, что за жестокость она также достойна осуждения. Ведь видя его страдания и старания загладить вину, она ни разу не сказала ему доброго слова, даже и из учтивости!

Эстель смотрела на барона. Ей нравился этот юноша, смелый, веселый, он множество раз пытался завоевать ее расположение. Но Эстель делала вид, что не замечает его стараний. Наверняка он будет обижен, если пришлый рыцарь займет его место. Она отвела глаза и сделала глоток из серебряного кубка.

— Я думаю, что будь его вина чуть меньше, то дама могла бы его простить, — сказала она, — например, если бы он сорвал только поцелуй, — она заметила, как Эдуар понял на нее глаза и ярко вспыхнул, выдавая себя, — но не более. Ведь, как правильно заметила наша Матильда, любовь не может родиться там, где были страх и боль.

— Но ведь если дама станет причиной страданий рыцаря, он все равно может простить ее. И мы видим подобное во многих песнях, — вставил менестрель, — прекрасный тому пример — история рыцаря Гелана, которого Дама приказала кинуть в тюрьму. Но он и оттуда писал ей стихи, восхваляя ее красоту. И когда вели его к висилице, не переставал петь песнь о прелестях своей возлюбленной. Да так, что та приказала остановить казнь и призвала его к себе.