Книга Цена любви, страница 5 – Валерия Аристова

Она вышла замуж в пятнадцать лет за уже пожилого человека, который относился к ней как к дочери. Муж ее бы добр и покладист, но слово его было законом. Он решал, что Эстель будет делать, что надевать, куда поедет, и с кем будет общаться, что ей подадут на первое и на второе, в какую церковь и когда она поедет, и о чем будет молиться. Все в ее свободолюбивой натуре протестовало против мягкого диктата графа. Поэтому, когда он отдал Богу душу, Эстель, хоть и искренне оплакивала его, дала себе слово, что больше никогда не пойдет под венец. Ее сын Виктор унаследовал титул, а она стала вдовствующей графиней и обрела полную свободу. Первое время, не веря в такое счастье, она несколько раз за день могла менять платья, выбирая странные и неуместные фасоны, заказывать и отправлять обратно любые кушанья, выезжать в одно место, а прибывать в другое, от чего обрела репутацию весьма взбаломошенной особы. Но все ее странности ей готовы были простить за ее ослепительную темную красоту.

Эстель расцвела после двадцати лет. Выходя замуж, она была неуклюжей девчонкой, худой и плоскогрудой, с копной непослушных черных волос в то время, как повсюду ценились златокудрые стройные красавицы. Но после рождения сына она округлилась, грудь ее поднялась, а талия осталась тонкойи гибкой. Она наняла служанку, которая умела из ее непокорных волос делать самые модные прически, убирая их золотыми сетками и жемчугами, подчеркивая ее длинную шею и гордую посадку головы.

Вместе с красотой пришла и слава. Мужчины, прознав о красоте и богатстве вдовы де Шательро пытались завоевать ее сердце, складывая к ногам ее стихи и подвиги, титулы и богатство. Тогда-то Эстель и узнала, как грубы бывают мужчины, как несдержанны и невоспитаны. Они поджидали ее в коридорах замка, и набрасывались с поцелуями, почему-то считая, что она и сама желает того же. Два раза попавшись в ловушку, Эстель стала ходить с охраной, старалась держаться подальше от мужчин, презирая их за грубость и животные инстинкты, которые воспитание призвано было скрывать, но почему-то не скрывало. Мужчины присылали ей фривольные стишки, завуалированные рифмой и двузначными словечками, считая, что она должна поощрять такие вещи. Эстель же они оскорбляли, и при встрече с подобным стихоплетом серые глаза ее становились холоднее льда. Презрение, вот что заслуживали мужчины! Эстель убеждалась в этом все чаще и чаще! Своего сына она старалась воспитывать так, чтобы ему в голову не могло прийти оскорбить женщину. Животные инстинкты должны быть глубоко спрятаны под лоском, скромностью и умением себя держать! В себе Эстель добилась этого в наивысшей степени. Ее холодность и надменность стали пословицей. Ей даже дали прозвище — Ледяная Звезда.

— Кто растопит лед Ледяной Звезды получит великую награду, — услышала она и быстро задернула полу шатра, оставив только небольшую щель для того, чтобы увидеть насмешника.

Под высоким дубом, шагах в десяти от шатра, на синем мягком ковре сидели двое: второй сын графа де Патье Марсель де Сен-Жен и ее вчерашний знакомец. Кровь бросилась Эстель в лицо. Нахал, посмевший воспользоваться тем, что она вышла без охраны, беззаботно играл травинкой, прокручивая ее между пальцами. Его красивое лицо было повернуто в ее сторону, и она видела, как он улыбается.