Книга Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды, страница 54 – Яра Вереск

— Надо было рассказать про ее выходку. Пусть бы преподаватель что-нибудь сказал. Ну хоть замечание сделал!

— Да ерунда. Я вот только все думаю, почему именно это плетение. Оно вроде, не из простых…

— Я тебе знаешь, что скажу? Во-первых, я тут работаю уже третий год. И у меня есть глаза и уши. Надеюсь, ты мне веришь!

— Конечно, верю.

— Ну вот. Самое простое объяснение — с этого плетения у них начались практические занятия по стихиям.

— Оно было боевое. Хотя, да. По своей сути — зажигалка. Оно медленное, от такого легко уклониться. Но зато с привязкой на страх.

— Пугач? — Она вздохнула, — жаль, я не маг. Но рассказать стоило. Или такой вариант — эта девушка… как ее зовут?

— Эльза? Кажется, Эльза.

— А, такая страшненькая, и платье в облипку? Пытается прибиться к компании крутых, но ее не очень берут. Эльза Здана, точно. У нее сестра есть. На пятом курсе, на боевом. Скорей всего, она и научила.

— Может быть.

И верно. Если подумать — масса вариантов!

— А что сестра? Красивая?

Дриана отложила пудреницу и посмотрела на меня большими блестящими глазами. То, что мне у себя на лице не изобразить никакой магией, она умудряется делать только при помощи косметики.

— Такая… яркая. Хищная. Рррр… ам!

Понятно. Может быть, Эльза старалась и не ради Милены. Хотя, им-то я как дорогу перешла?

Слухи слухами… или эта хищная и вправду — пара ректору. О чем я думаю? Это, в конце концов, не мое дело. Дакар — красивый мужчина, в него, наверное, многие влюблены.

Дриана отошла от зеркала и разгладила платье. Ну, красавица же!

— Ладно, твоя очередь! Надеюсь, я тебя убедила.

Убедила.Значит, надо присмотреться еще и к старшим курсам боевого. А так хотелось просто — приходить на лекции, узнавать новое, готовиться к экзаменам. Может, найти… ну не друзей хоть, а приятелей.

Все поменять.

Из зеркала на меня смотрела все та же Верона Фелана, что и вчера. Волосы плотно спрятаны под платком, шея и грудь — под бусами, ноги — под широкой и бесформенной коричневой юбкой. Удобная одежда, к которой я привыкла, практически, сроднилась, и без которой чувствую себя голой.

Вот… до отъезда — с полчаса.

Как мы поедем? Верней, ректор сказал — полетим.

Наверное, надо переодеться. Но у меня только ни разу не надеванная форма. Аккуратное синее платье с белым воротом и оборками.

Тоже отнюдь не дорожная одежда. А та, которую мне когда-то выдал ректор, серые бриджи и пиджак на два размера больше, чем нужно, осталась в прачечной. Но идти сейчас искать, я не могла себя заставить. В этой одежде я выгляжу еще более смешно и жалко, чем в своей.

Или отказаться. Ректор не обязан мне помогать. И заставлять его решать еще и мои проблемы — это не правильно.

Вопреки последней мысли, мое отражение внутри зеркала нахмурилось и выдало чистую правду. Нет, Верона. Просто ты боишься возвращаться. И еще больше боишься, что у ректора ничего не получится. Как не стыдно! Хорошо, что он не умеет читать мысли!

Ректор ждал меня в своем кабинете. Усмехнулся:

— Ящерка, я думал, ты хоть пару монет из зарплаты потратишь на гардероб. А не только на противозаконные зелья. Ладно, пойдем. Нас уже ждут.

Все деньги — почти все — я перечисляла в счет уплаты долга. Впрочем, он мог и не замечать столь незначительных вливаний, но чеки у меня хранились.

Мы вышли из Академии, на наемном моторе доехали до городской ректорской квартиры. И действительно, внутри нас ждали. Тот самый контролер ректора, с которым я познакомилась в первый день.