Книга Сиротка для ректора, или Магия мертвой воды, страница 60 – Яра Вереск

— О, отлично, разобрались. Теперь, вот вам, держите. Это спинка. Пассажирам без нее лучше не летать!

Он подал мне длинный кусок жесткой кожи с ремешками и застежками:

— Это за спину, а ремешки пристегнуть… вон там кольца у переднего сидения, слева и справа. Через них пропустить и застегнуть. Регулируйте сами, в полете будет поздно!

Я четко выполняла инструкции, но справилась все равно куда позже, чем Дакар. Он махнул мне со своего места позади Тамира.

Эван продолжил инструктаж:

— Самое страшное, это разбег и взлет, когда грифон машет крыльями, иногда кажется, что есть шанс упасть. На самом деле, вы даже специально будете пытаться — не свалитесь. Ну, есть шанс сорвать поток воздуха на крыле… но сразу предупреждаю, за такую попытку Тигра может и покусать. Шучу. В общем, это страшно, но безопасно...

— Как на карусели, — вздохнула я.

— Именно. Готовы?! Полетели!!!

Тигра плотно прижал крылья к спине, и вдруг сорвался в бег вперед к обрыву! Быстро!

Я бы ахнула, но забыла, как. Потому что грифон вдруг спрыгнул со скалы и раскинув огромные желто-огненные крылья начал набирать высоту.

Но до того все равно было несколько мгновений жуткого, но при том и вызывающего восторг, свободного падения.

Веселей, чем на карусели. Ярче. По-настоящему. Внутри меня на миг все сжалось, а когда свободный полет прервался и нас дернуло вверх, я все-таки вскрикнула.

Я ощущала под коленями ровное дыхание грифона, я могла даже дотронуться до перьев на его крыльях. Видела, как кончики маховых немного загибаются на концах от ветра. Грифон пах звериным потом, но подобные запахи никогда не вызывали у меня отвращения. А здесь, в воздухе плавилась свежесть утра, горечь желтой листвы. Запах кожаной упряжи и одежды капитана Эвана.

И это было умопомрачительное сочетание, в котором, пожалуй, недоставало только запаха кофе и еловых почек.

Я видела — слева и чуть ниже мелькнула спина второгогрифона. А Эван крикнул:

— Тамир пойдет первым, мы за ним. Не бойтесь!

Но мне не было страшно. Я готова была кричать от восторга, я захлебывалась от веселого и звенящего воздуха. И вместо ответа, отпустила куртку всадника и подняла руки, как будто они у меня — крылья.

Под нами тонула в синих тенях долина, а грифоны поднимались все выше в небо. И вот уже даже город внизу стал больше похож на топографическую схему. Ни облачка, теплое солнце, прохладный осенний, но еще далеко не ледяной ветер…

Это все нужно было запомнить. Сохранить в сердце. Потому что вряд ли когда-нибудь этот день повторится. Вряд ли я когда-нибудь еще раз полечу на грифоне наяву.

Во сне-то теперь — точно полечу!

Впереди, далеко, показались белые горные вершины.

— Нам туда! — крикнул Эван, — за хребет!

Я хотела ответить, что знаю, что эти места мне практически, родные. Но промолчала. Зачем говорить, когда можно просто дышать и лететь.

В горах стало холоднее, особенно, когда перелетели через перевал (здорово! Каждую сосенку видно, даже хвою можно различить, так это все оказалось близко) и попали в тень от склона самой высокой из здешних гор. Сразу стало понятно, зачем нужна была куртка и теплые штаны. Здесь я бы точно начала стучать зубами в своем обычном наряде. Здесь был даже настоящий снег, хотя на противоположном склоне, со стороны солнца, его почти не было.