Книга Хозяин Зимы, страница 102 – Ирена Мадир

Рука Неждана поднялась, упираясь в корсетное основание, а затем соскользнула ниже. Севара пыталась глубоко вдохнуть, но вышел лишь всхлип, за которым последовал протяжный стон, когда она почувствовала, как его пальцы осторожно надавили на чувствительное место. Ее бедра двинулись назад, упираясь в него, а затем вперед, возвращаясь в исходное положение.

– Какая ты жадная, Сева.

Она попыталась повернуться, но он строго осадил:

– Нет! Если хочешь, чтобы я делал так, – он задвигал рукой, лаская ее, – то не дергайся.

Севара не спорила, она даже закрыла глаза, откинувшись на крепкое тело.

Это было так развратно! Он ведь слуга! К тому же Севара незамужняя девица! И что же происходит? А то, что она позволила буквальнозадрать себе юбки! А что дальше? Такие мысли лишь сильнее взбудоражили…

По шее прошелся влажный язык, зубы потянули за мочку, а затем шепот защекотал ухо:

– Сева, ты такая теплая…

Она чувствовала его напряженные мышцы, чувствовала что-то, уткнувшееся в поясницу, чувствовала его быстрое рваное дыхание на затылке. Казалось, сейчас Неждан сделает то, о чем думала его госпожа, но… По коже прошлись мурашки от внезапного холодного ветра, а Неждан резко развел руки в стороны, позволяя юбкам упасть вниз, на место, и отступил.

Севара покачнулась, потеряв опору, и тяжело, прерывисто задышала. Голова немного кружилась.

Неждан наклонился, упираясь ладонями в свои колени, волосы закрыли его лицо, которое наверняка стало белесым.

– У тебя какая-то болезнь? – растерянно спросила Севара, пытаясь контролировать свое желание. – Ты потому… не можешь…

Неждан засмеялся. Он поднял голову, столкнувшись с ней взглядами. Глаза его теперь казались не сине-голубыми, как обычно, а скорее холодными зеркалами, отражающими все, что перед ними. Севара ясно видела в них себя. Растрепанную, с пунцовыми щеками, покусанными ею же губами, взволнованную и распаленную похотью.

– Будем считать, да. – Наконец прохрипел он, словно только отделался от мучительного кашля. Бледность на его лице отступала.

– Нужно идти, цветы собраны, так что… Не будем заставлять Оленю ждать своего подарка, – пробурчала Севара. Она старалась скрыть оставшееся томное волнение за маской строгой хозяйки.

Снова. Запереть свободу.

– Как прикажет моя госпожа, – хмыкнул Неждан, вырываясь вперед, чтобы забрать корзину и успеть первым обуться у границы аномалии.

Севара позволила его холодным рукам касаться ее ног, пока он обувал ее и неспешно зашнуровывал ботинки. Затем Неждан медленно поднялся, распахивая перед ней пальто, заворачивая в него так бережно и нежно, словно хотел обнять ее, но не решился.

Возвращались они покачиваясь, будто пьяные, постоянно сталкиваясь плечами и глуповато хихикая.

За отдернутой шторкой просматривался свежий настил снега, кружили снежинки, медленно, но верно увеличивая белое покрывало, опустившееся на землю. Зима еще не наступила, но уже врывалась в осень, отбирая остатки тепла, так неразумно выделенные вначале.

Севара куталась в полушубок, хотя внутри возка было не слишком холодно. Неровный кристалл тускло освещал и грел, но казалось, что завывающий ветер вот-вот втиснется в щель размером с ноготь у двери и в миг разрушит хрупкое тепло. Впрочем, сидящему на козлах Неждану всяко приходилось сложнее. Бедняга.