Книга Хранить ее Душу, страница 59 – Опал Рейн

Её платье уже стало бледно-зелёным — темнее по подолу и на манжетах, там, где краска стекала и впитывалась, пока оно висело. Кружевные узоры тоже были темнее, словно этот материал лучше принимал цвет.

Когда ужин был готов, дом наполнился ароматом овощей. Голод в нём не проснулся, но дом вдруг ожил — так, как он сам никогда не умел оживлять его.

— Я использовала последнюю воду, — сказала она, ставя еду на стол и забираясь на стул, чтобы было удобнее есть.

— Тогда я принесу ещё утром, — поспешно ответил он, не желая, чтобы ей хоть чего-то не хватало.

Ручей был всего в часе пути — возможно, даже ближе. Он успеет вернуться до того, как она проснётся.

Ему хотелось сидеть рядом с ней, быть ближе, но вместо этого он опустился в большое кресло, укрытое мехами, у камина. Его взгляд был прикован не к ней — но остальные чувства всё равно впитывали каждое её движение.

Только когда он услышал звон ложки о миску и шорох её шагов, понял, что она закончила есть. Тогда Орфей поднялся.

— Я приготовлю тебе ванну, — сказал он ровным голосом, как говорил почти каждый вечер после её ужина.

Её бледные щёки потемнели, и это заставило его наклонить голову — он прежде никогда не видел, чтобы с ними происходило нечто подобное. Цвет быстро исчез, когда она кивнула.

Он ушёл, захватив со стола спичку, зажигая её уже на ходу по коридору.

Он начал расставлять свечи. Три стояли в углу на массивном куске аметиста, найденного им много лет назад в пещере. Это был самый большой кристалл, который он когда-либо находил, а остальные — почти идеально прозрачные — он собирал на протяжении всей своей жизни. Ещё три свечи стояли на полу ближе к ванне. Одна большая — рядом ссосудом с маслом, почти без запаха, но достаточно действенным для его цели.

Он бросил спичку в металлическую чашу с сухими травами, чтобы в комнате стало уютнее и спокойнее.

Она вошла вскоре после этого, прижимая к груди свёрнутое ночное платье, выбранное из шкафа. Он наклонил голову, чуть повернув её, заметив, что она выглядит более нервной, чем обычно.

Она вела себя так же, как утром после первой ночи, проведённой здесь.

Глубоко вдохнув, она шагнула внутрь, закрыла дверь и быстро сняла платье, которое носила весь день.

Одной рукой она прикрыла грудь, другой — низ живота, подходя к ванне, уже наполненной водой, созданной с помощью его крови. Этот заклинание ему не нравилось, но это был самый простой способ наполнить такую большую ёмкость, не таская воду из ручья туда-обратно — и то же самое касалось нагрева.

Орфей не владел магией огня или тепла. Это было единственное заклинание, позволявшее ему сделать это.

Когда она погрузилась в воду, он выждал — дал ей устроиться, дождался, пока её плечи расслабятся, — и только потом повернулся к сосуду с маслом и открыл его.

— Э-э… вообще-то, — сказала она странным, высоким голосом. — Ты… не мог бы не использовать перчатки?

Он замер, так и не коснувшись масла, и резко повернул голову к ней.

— Ты хочешь обойтись без перчаток?

Смущаясь, она слегка кивнула.

— Я… я не хочу делать это два раза в день. Думаю, это не очень хорошо для кожи.

Он поднял ладони и уставился на них, тревожась о том, что она увидит под тканью.

— Ты уверена?

— Да.

Тревога наполнила его, когда он просунул пальцы под манжету рубашки и начал стягивать первую перчатку. Но это было не единственное чувство, которое вспыхнуло в нём. Другое — более сильное, более острое — прорвалось сквозь него, когда он снял вторую.