Книга Когда он мрачен, страница 188 – Сюзанна Райт

Он нахмурился, решив, что его безопасность определённо не важнее её.

— И тогда я подумала… Судьба не такая сука, как я привыкла верить. Я имею в виду, что она дала мне совершенно испорченного истинного и забрала у меня обоих родителей, так что, наверное, я не верила, что это позволит мне сохранить тебя; что это позволит мне иметь что-то хорошее. Я ожидала, что в какой-то момент потеряю тебя, и даже не осознавала этого. Должно быть, это помешало мне быть полностью открытой для запечатления. — Она прикусила губу. — Прости.

— За что ты извиняешься? Я не могу винить тебя за то, что ты по-настоящему не веришь в судьбу. Она годами подкидывала пакеты с собачьим дерьмом к твоему порогу.

Её губы поджались.

— Ты — лучшая форма компенсации, о которой может мечтать девушка.

Его зверь довольно заурчал. Алекс притянул её ближе и поцеловал, наслаждаясь её вкусом. Он провёл рукой по её спине, чтобы погладить поголове. Голова, к которой не так давно был приставлен пистолет. Алекс напрягся, крепче прижимая её к себе.

— Что случилось? — спросила она.

— Видя нацеленный на тебя пистолет… Я никогда не чувствовал себя таким чёртовски бесполезным. Все, что я мог сделать, это позволить этому извращённому куску дерьма говорить.

— Теперь его нет. — Она погладила его по груди. — И после того, как я увидела, как твой зверь играет, я понимаю, почему ты не так беспокоился о том, что он нападёт на тебя.

— Я говорил тебе, что ему не удастся убить меня, но ты не стала слушать.

Бри фыркнула, ей не понравился тон «я же тебе говорил».

— Я думаю, моя кошка могла бы тебя одолеть.

Взгляд, который он бросил на неё, был несколько жалостливым.

— Она может причинить мне некоторую боль, я признаю это. Но у неё нет ни единого шанса против… Ой, — прорычал он, когда она потянула его за волосы на ноге пальцами. — Держи эти милые ножки при себе.

Бри почувствовала, как её лицо сморщилось.

— Они не милые. Ни у кого нет симпатичных ступней. Ступни уродливы. За исключением детских ступней. Они смехотворно милые. Ты хочешь детей?

— Только если у нас с ними разница в десятилетия. И только если они мальчики.

— Почему они обязательно должны быть мальчиками?

— Я бы убил любого мужчину, который приблизился бы к моим дочерям, так что для всех будет лучше, если у нас их не будет. — Он положил руку ей на живот. — Ты собираешься позволить моим малышам расти прямо здесь?

— Нашим детям, да. Боже мой, ты только что улыбнулся.

Выражение его лица стало мрачным, как всегда.

— Нет, я этого не делал.

— Ты это сделал. Ладно, твой рот слегка скривился с одной стороны, но это абсолютно важно.

— Не было никаких изгибов.

— Чувак, ты улыбнулся. Это была не полноценная улыбка, но я возьму то, что смогу получить.

Он нахмурился.

— Я не улыбаюсь.

— Я видела это своими глазами, Деверо. Ты. Улыбнулся. — Вероятно, её самодовольный тон заставил его зарычать.

— Кто-нибудь ещё говорил тебе, что ты заноза в заднице?

Она поджала губы.

— Нет.

— Ну, они определённо так думали.

Она ткнула его пальцем в грудь.

— Эй, это нехорошо.

— Я нехороший.

— Да, но это в некотором роде мило. Это работает на тебя.

— Неважно, — проворчал он, сбрасывая покрывало. —Собираюсь перекусить, я голоден.

— Сюрприз, грёбаный сюрприз.

Месяц спустя

— Я и не подозревал, что у Мэдисон такой великолепный голос, — сказал Эвандер, натирая кубиком мела кончик своего бильярдного кия. — Она и Мила хорошо звучат вместе.