Книга Подарок для Рождественского Дракона, страница 17 – Зои Чант

— Сахар, специи и массовое поражение. — Эбигейл села рядом с ним, прислонившись спиной к двери. — В нашей группе есть хоть один ребенок, который не будет поджигателем с рождения?

— Не говори пока альфам, но, кажется, Шина беременна.

— Ты тоже заметил? — она взяла его за руку, переплетая свои пальцы с его. — Ребенок Шины будет наполовину овцой-оборотнем…

— И наполовину адской гончей. Что наводит на мысли об «адском ягненке». В любом случае, еще одна галочка в колонке поджигателей.

Она хмыкнула.

— Олли и Джексон, возможно, скоро начнут пробовать. Не думаю, что совы или пегасы склонны к пиромании.

— То же самое с грифонами и крылатыми львами. Так что надежда есть. Со временем местные дети перестанут пытаться всё сжечь. — он прислонился головой к её голове.

— Или им придется начать стараться сильнее.

— Пожалуйста, я пытаюсь сохранять позитив!

— Нам нужны друзья с магией льда для баланса. Впиши это в туристические брошюры.

Джаспер рассмеялся.

— Сейчас двадцать первый век. Я выложу это в туристический TikTok. С риззом (обаяние, харизма).

— С чем?

— Знаешь, я на самом деле понятия не имею.

— О боже. Это наконец случилось. Я слишком стара для сленга.

— Ты идеальна. — он поднял голову. Она посмотрела на него и увидела,что он глядит на неё глазами, в которых тлел приглушенный огонь. Сердце забилось чаще. — И я идиот, что не сделал этого раньше.

Он наклонился и поцеловал её. Не один из тех мимолетных поцелуев при встрече или прощании, которые стали такими же автоматическими, как утренний кофе. Не поцелуй на ночь или легкий чмок на бегу. Это был долгий, медленный, страстный поцелуй, от которого по коже побежали мурашки, а пальцы на ногах подогнулись.

Его рука поднялась к её лицу, лаская и обнимая, нежно удерживая её, пока он исследовал её губы. Она растаяла в его руках. Может, её планы всё-таки сработали.

— Так-так. — Джаспер отстранился, рассматривая её горящими глазами с выражением лукавого удовлетворения. — Я слышал, ты тут плела заговоры против меня?

У неё всё еще кружилась голова.

— А ты строил козни против моих заговоров!

— В свою защиту скажу: я не знал, что ты что-то замышляешь. Если бы знал, я бы действовал иначе.

— Ты бы интриговал более искусно?

— Может быть, я бы вообще не стал ничего затевать.

Она сжала губы, вглядываясь в его глаза, и нашла в них то же, что и всегда: больше любви, чем, как она думала, существует во всем мире. И вся она — для неё. Сердце сделало кувырок.

— Не говори так, — поморщилась она. — А то я начну думать, что мы могли бы обсудить всё это как разумные люди, а мы оба знаем, что ни один из нас не дружит с разумом, когда дело касается Рождества.

Он криво усмехнулся.

— Резонно. Ты права. Скорее всего, я бы выслушал всё, что ты сказала, а потом начал бы действовать еще более тонко, чтобы устроить лучшее Рождество в истории так, чтобы ты ничего не заметила.

— Не заставляй меня связывать тебя мишурой, чтобы спасти тебя от самого себя.

— Связывание было в списке вариантов? — его глаза блеснули. — Знаешь, я тут вспомнил, у меня есть еще один внеочередной проект, над которым нужно поработать прямо сейчас…

Она схватила его, когда он притворился, что встает, и они оба подавили смех.

— Я бы не посмел, — заверил он. — Даже ради обещания быть связанным мишурой.

— И то верно. Она такая колючая. И блестки будут осыпаться и липнуть ко всему вокруг…