Книга Повелитель Лжи, страница 41 – Даниэль Зеа Рэй

Девушка растерялась, не понимая, шутит Фейран или нет.

– Девять, – начал считать он, не обращая внимания на ее замешательство. – Восемь.

– Постой! – Сапфир пыталась повторить руну по памяти, но пальцы тряслись и не слушались.

– Семь.

– Подожди! – воскликнула она, мучаясь с постановкой пальцев.

– Шесть.

Раздался выстрел. Сапфир покосилась и увидела одну из девушек в белом костюме, как у нее. Незнакомка мешком рухнула на пол там же, где и стояла. Ее теневой разнес ей голову из оружия богов.

– Пять, – продолжал считать Фейран.

– Я не успеваю! – воскликнула Сапфир.

– Четыре.

– Дхарское пекло! – взвыла она, продолжая пытаться повторить зеркальную руну.

– Три.

– У меня не выйдет…

– Два.

– Нет.

– Один.

Сапфир закончила плетение, а Фейран выстрелил. Голова принцессы откинулась назад перед тем, как тело упало на пол.

– Что ты сделала неправильно? – в темноте Сферы спросил голос Фейрана.

– Усы в последней фигуре не докрутила, из-за чего щит получился нестабильным.

Она сидела в месте, которое можно было назвать «Пустотой», если бы не давящее чувство, исходившее от темноты вокруг ее тела, облаченного в переливающийся перламутром костюм.

– Хорошо, что ты поняла, где ошиблась, – голос Фейрана вновь приобрел привычную спокойную мелодичность.

– Зачем ты меня убил? – обиженно возмутилась принцесса. – Совсем не ценишь фейские ресурсы?

– Может, в этом суть? – неожиданно спросил Фейран. – Не щадить ресурсы и надеяться, что рано или поздно смерть окажется конечной?

– Расскажи про ожерелье на твоей шее, – попросила Сапфир, меняя тему разговора.

По опыту она знала, что продержат ее в Пустоте Сферы недолго, после чего вернут или в воспоминания, или назад, в новое тело.

– Таких, как я, сложно контролировать. Поэтому они придумали удавку. Один неверный шаг, одно сомнительное действие – и я окажусь навсегда запертым там же, где ты сидишь сейчас.

– А разве ты не здесь? – удивилась Сапфир.

– Я в твоей голове, милая, – ласково прошептал феец над самым ухом. – Только в твоей голове.

– Фейран? – снова позвала Сапфир в Пустоте.

– Да, милая.

– Не оставляй меня… одну.

– Не оставлю.

Разряд тока прошил тело. Достаточно пережить это один раз, чтобы запомнить, насколько больно внедряться в новое тело. Сапфир прошла через это не меньше сотни раз.

– Помни, что нельзя показывать им свои секреты, – звучал голос Фейрана. – Иначе окажешься запертой в иллюзиях Сферы навечно. Вместе со мной, – добавил он, и голос его потух в вопле боли самой Сапфир.

Она сделала глубокий вдох и открыла глаза. В Сфере легко перепутать видения и сновидения. На видения можно и нужно влиять. А вот со сновидениями, к сожалению, никак не справиться.

Фейран объяснял ей, что сознание настолько сильно привязано к телу, что даже в отрыве от него сохраняет периоды сна и бодрствования. Во время сна сознание вытаскивает из недр памяти необходимые факты, а заодно прячет то, от чего желает избавиться. Как именно это работает, Сапфир знала по себе. Где-то там, в ее сновидениях спрятана правда о моменте времени, который она потеряла. Проблема в том, что сны не зависят от желаний. Усталость появляется сама по себе, и видение сменяется сном, из которого не выбраться, пока не проснешься.

Принцесса неспешно встала с земли и перевела взгляд на Рубин. Сестра ли это? Возможно, иллюзия Сферы, что отыгрывает роль из воспоминаний Сапфир. Или хранитель этого места, принявший облик дорогого человека. Но пока не нырнешь глубже – не узнаешь, сработал ли призыв и удалось ли вытянуть разум Рубин из безумного дрейфа по воспоминаниям именно в этот морок.