Книга Проклятие Теней и Льда, страница 148 – Катарина Маура

— Все эти люди, — шепчет Феликс, его взгляд блуждает по дворцу, наполненному объятиями и радостными слезами. — Все они были потеряны для нас на протяжении многих лет, унесены проклятием.

Я киваю, наблюдая, как пары воссоединяются, и мое сердце замирает, когда я пытаюсь найти Элейн.

— Вон там, — шепчу я. Я вижу, как она стоит в углу, глядя на ту самую розу, которую я видела, как она выращивала. Роза начинает сиять золотом, и я затаив дыхание наблюдаю, как появляется мужчина.

— Рафаэль, — говорит она. Она делает шаг ближе и проводит руками по его телу.

Он смотрит на нее, на мгновение завороженный, прежде чем его глаза проясняются. Рафаэль хватает ее за запястья и держит их на месте.

— Кто ты?

Его голос громкий и четкий, и я отшатываюсь, как и Элейн.

— Рафаэль? — шепчет она, и ее голос дрожит.

Феликс подходит к ней и кладет руку на плечо Рафаэля, а я обнимаю Элейн за талию. Она прижимается ко мне, и наши глаза встречаются. Я узнаю печаль в ее взгляде и крепче обнимаю ее.

— Все в порядке, — шепчу я. — Дай время.

— Хорошо, что ты вернулся, — говорит Феликс, но в глазах Рафаэля нет признания.

— Где я? — спрашивает Рафаэль, оглядываясь по сторонам.

Элейн напрягается и смотрит на него, выпрямляя плечи.

— Мы в Элдирии. Ты знаешь, кто ты?

Он кивает.

— Рафаэль из Иридеи, наследный принц Иридеи.

Насколько я понимаю, Рафаэль лишился своих титулов, когда Феликс завоевал его страну.

— Отведи его к целителю, — говорю я Элейн. — Похоже, его память пострадала.

Почему он помнит, кто он, но не помнит Элейн? Судя по тому, что она мне рассказала, они знали друг друга до того, как оказались здесь.

— Да, Ваше Превосходительство, — отвечает Элейн, уводя его.

Феликс и я смотрим им вслед, и мое сердце сжимается, когда они поворачивают за угол.

— Он не помнит ее, — шепчу я. — Как это возможно? Посмотри на всех этих людей вокруг нас, они обнимаются и радуются. Почему Рафаэль не помнит Элейн и тебя?

Феликс обнимает меня и качает головой.

— Я не знаю, любимая, но мы разберемся. Если мы смогли сломать проклятие, то сможем решить и этупроблему.

Он крепче обнимает меня, выводя из дворца. Мы оба замираем в шоке, выходя за дверь. Насколько хватает глаз, наша империя купается в солнечном свете, повсюду растут зеленая трава и цветы. Вдали я вижу ручей, который всегда был замерзшим, и поворачиваюсь, чтобы посмотреть на сам дворец, его известняковые кирпичи наконец-то обнажились.

— Как красиво, — шепчу я. Феликс кивает, и я улыбаюсь, видя эмоции в его глазах. — Ты однажды сказал мне, что покажешь мне Элдирию во всей ее красе, и ты это сделал.

Он улыбается мне и берет меня за щеку.

— Ты сделала это, любимая. Ты сделала невозможное и освободила нас.

Я улыбаюсь ему и встаю на цыпочки, чтобы обнять его.

— Полагаю, настоящая любовь все-таки сломала проклятие.

Феликс смеется, наклоняясь, чтобы поцеловать меня.

— Я люблю тебя, Арабелла из Альтеи. Пусть мир, который ты видишь вокруг себя, будет тому доказательством. Я люблю тебя больше, чем можно выразить словами.

Мои губы встречаются с его, и я не могу сдержать улыбку. Я думала, что потеряла его и никогда не верну его. Но вот мы стоим здесь вместе.

— Я люблю тебя еще больше, Феликс Теон Осирис.

Феликс

— Феликс.

Я замираю, услышав отдаленный голос, и поднимаю глаза, чтобы увидеть призрак моей матери, стоящий у окна в моей спальне. Мучительная боль в сердце смешивается с глубоко укоренившейся ненавистью, лишая меня дара речи.