Книга Нежеланный брак, страница 125 – Катарина Маура

Она слушается, и меня внезапно осеняет: впервые за долгие годы я сижу за этим роялем трезвый. Без отчаяния. И все из-за нее.

Я обхватываю ее, мои пальцы скользят по клавишам, чуть дрожа. Вдыхаю глубоко и наклоняюсь, касаясь губами ее уха.

— А что, если так?

И тогда я делаю то, чего не делал уже вечность — начинаю сочинять вместе с ней, слыша в голове продолжение ее мелодии. Мои пальцы спешат за ней, но уже не обладают прежней ловкостью.

Фэй замирает, затем нерешительно кладет руки между моими и ловко превращает свое произведение в дуэт. Это чертовски прекрасно. С каждым аккордом груз на моей груди становится легче. Вот что она делает со мной. Это не просто любовь. Это нечто большее. Она — мое спасение. Мой смысл. Все, чего я не хотел. Все, в чем я себе отказывал, но отчаянно нуждался.

— О боже… — выдыхает она, когда наши пальцы замирают.

Я убираю руки с клавиш и обвиваю ее талию, пока она лихорадочно пытается записать то волшебство, что только что произошло. Ее пальцы дрожат. Мои тоже.

— Дион, это было…

Я улыбаюсь и снова целую ее в шею.

— Ты явно больше любишь современную музыку, чем классику. Почему бы тебе не включить в концерты что-то свое?

Она напрягается и с сомнением смотрит на меня через плечо, будто я сказал полную чушь.

— Я… я не могу.

Я сильнее прижимаю ее к себе и шепчу у самого уха:

— Ты можешь все, чего захочешь, миссис Виндзор.

Она замирает, мои слова медленно оседают в ее сознании. Сколько времени понадобится, чтобы она начала вести себя так, как мне хочется? Забавно, ведь я всегда презирал избалованных женщин, но именно это и хочу сделать с ней — превратить свою жену в принцессу, перед которой склонится весь мир.

Фэй поворачивается ко мне, ее улыбка теплая, живая.

— Ты правда это имеешьв виду? — В ее глазах вспыхивает что-то новое, что-то хрупкое. — Если я начну исполнять свои собственные композиции, ты правда меня поддержишь?

Я безразлично пожимаю плечами.

— Конечно.

Она качает головой, но в ее взгляде пляшет радость. Я боялся, что вчера отпугнул ее, но, черт, надо было знать ее лучше. Она создана для меня.

— Дион, — тихо говорит она, будто боится спугнуть этот момент. — Я не бросала слов на ветер. Все, что я сказала вчера… Я хочу тебя. Всего. Даже ту часть, которую ты прячешь от меня. Это не было сиюминутным порывом, и я не откажусь от своих слов. Я хочу, чтобы ты впустил меня. Ты сможешь?

Ее пальцы скользят к моему лицу, чуть касаясь виска.

— Если мы постараемся… у нас получится настоящий брак?

Мое тело каменеет. По ее глазам я вижу, что она знает, что я собираюсь отстраниться. Но она не позволит мне. Ее ладонь ложится мне на щеку, удерживая мой взгляд.

— Я знаю, каково это — всегда показывать только лучшие свои стороны. И как страшно позволить кому-то увидеть твой страх и слабость. Но, Дион, я также знаю, как это выматывает. Как изнутри разъедает. Мне кажется нам стоит попробовать. Вместе.

Я резко выдыхаю и запускаю руку в ее волосы, прижимая лоб к ее лбу.

— Я хочу, Фэй. Правда. Я стараюсь. Мысль о том, чтобы быть с тобой счастливым, уже не пугает так, как раньше, но это не значит, что мне легко.

Она не знает. Не может знать. Если бы она знала обо всех тех, кого я похищал и пытал просто за то, что они посмели перейти дорогу моей семье. Если бы видела мои руки, когда я сжимал скальпель, пока тот не переставал быть острым.