Онлайн книга «Разрушенные клятвы»
|
— Лили с трудом устанавливала эмоциональные связи — страх быть покинутой, который она приобрела после смерти матери, не давал ей этого сделать. Но ты была одним из немногих исключений. Ее никогда особо не привлекала сфера гостиничного бизнеса, но она решила стать дизайнером интерьеров, потому что ты выбрала путь отельера. Такое часто встречается у людей с пограничным расстройством личности. У них нередко отсутствуют четкие представления о своих целях, ценностях и убеждениях, и они берут ориентиры из окружающей среды. В случае Лили этим ориентиром была ты. Я резко вдыхаю, когда она пододвигает ко мне раскрытую папку, показывая диагноз Лили. Но даже видя это перед собой, я не могу в это поверить. — Я бы знала, — говорю я слабо. — Если бы это было правдой, я бы знала. Лили любила рисовать, и... она начала рисовать интерьеры еще в старшей школе. Рэймонд смотрит на меня и медленно качает головой: — Я и сам не знал всей глубины проблемы. Когда она достигла совершеннолетия, я больше не мог получить доступ к ее медицинским записям, и она убедила меня, что пошла на поправку. Я узнал обо всем только через несколько недель после ее смерти, а к тому моменту ты уже покинула город. Доктор Блэк одаряет меня сочувствующей улыбкой, от которой становится только хуже. Волна отрицания накрывает меня, и я качаю головой, отказываясь верить, что Лили могла скрывать от меня нечто столь важное. — Когда Лили устроилась на свою первую настоящую работу, нагрузка оказалась для нее слишком тяжелой, это обострило ее нестабильное эмоциональное состояние, что в итоге привело к эромании и бредовым идеям референции на фоне ПРЛ. Дыхание сбивается, в груди поднимается паника, угрожающая захлестнуть меня. — Ч-что это значит? — спрашиваю я, голос дрожит. — Бред? Какой бред? Доктор перелистывает документы в папке и пододвигает ко мне расшифровку. — Лили была уверена, что состоит в отношениях со своим начальником, Зейном Виндзором. Глава 80 Селеста Все мое тело дрожит, когда я вхожу в домик Лили, машинально отмечая, насколько здесь чисто, хотя все остается точно таким же, каким она его оставила. С тех пор как я вышла из кабинета врача, я словно в тумане — мой разум просто отказывается принимать то, что сказала доктор Блэк. «Она часто носила черное или темно-синее,потому что верила,будто они с ним одеваются в парные наряды.Мои мягкие попытки разубедить ее не приносили никакого результата.Со временем она начала думать,что цветы,которые он приносил в офис,предназначались для нее.Прежде чем их выбрасывали,она забирала их с собой,полностью игнорируя все,что не вписывалось в ее иллюзию.Каждый раз,когда их команда ходила на обед,она видела только его — и была уверена,что это свидание.За считаные месяцы Лили убедила себя,что они в отношениях,а когда я пыталась доказать ей обратное,она все больше раздражалась,доходя до того,что обвиняла меня в попытке их разлучить.Ее поведение было не таким нестабильным,как у других пациентов,и она не представляла угрозы ни для себя,ни для него,поэтому я продолжала работать с ней,пытаясь контролировать состояние.Должно быть,какая-то часть ее осознавала,что все это — бред.Она никогда не заходила настолько далеко,чтобы иллюзия рухнула.Это давало мне надежду.» Я хватаю дневник Лили и лихорадочно пролистываю страницы, снова перечитывая ее записи, но не могу найти в них никакого смысла. Глубоко вздыхаю, чувствуя, как глаза наполняются слезами, когда я веду пальцами по ее почерку, не понимая, чему верить. |