Книга Разрушенные клятвы, страница 227 – Катарина Маура

— Но если ты увезешь меня домой, я оседлаю тебя так, как тебе нравится, — шепчет она у моих губ. — Разве это не веселее, чем весь день слушать приказы моей мамы?

Я стону, отвечая на ее поцелуй, моя решимость трещит по швам. В последнее время кажется, будто я заново открываю для себя свою жену, хотя она всегда была рядом. Может, я никогда по-настоящему не впускал ее в себя — не до тех пор, пока не оказался в шаге от того, чтобы потерять ее снова. После поездки на мой остров между нами что-то изменилось, и с каждым днем эта пропасть становилась все меньше.

Селеста ахает, когда я отстраняюсь, и ее надутые губки заставляют мое сердце дрогнуть.

— Зейн, — жалобно тянет она.

Я смеюсь и быстро целую ее восхитительный рот.

— Без шансов, — ухмыляюсь я. — Ты не понимаешь, насколько страшна твоя мать, да?

Она тяжело вздыхает, а я вылезаю из машины и обхожу ее, чтобы протянуть ей руку. Она бросает на меня раздраженный, но совершенно очаровательный взгляд. Я переплетаю наши пальцы и тяну ее к дому, наслаждаясь тем, как она тает в моих руках.

— А вот и вы, — говорит Клара, когда мы заходим на кухню.

Ее взгляд падает на наши сцепленные руки, и она тепло мне улыбается. Иногда она смотрит на меня с такой гордостью, что я чувствую себя по-настоящему принятым. Я не был уверен, что она когда-либо простит меня за то, через что прошла Harrison Developments, но она ни разу даже не упомянула об этом. Единственное, что она сказала, хоть как-то касаясь прошлого: она скучала по мне и рада, что Селеста и я снова нашли друг друга.

— Думаю, сегодня приготовлю рататуй. Что скажешь, Зейн?

Селеста тяжело вздыхает и обвивает мою талию рукой, прижимаясь ко мне.

— Я, между прочим, тоже здесь. Ты всегда спрашиваешь только Зейна.

Клара бросает на дочь свой фирменный непроницаемый взгляд.

— Да, потому что он действительно умеет готовить. Годы уроков, а ты до сих пор не можешь пожарить яйцо, не спалив его.

Я сжимаю губы, сдерживая смех, а Селеста сверлит меня прищуренным взглядом.

— Ты хороша в другом, — подмигиваю я ей, целуя ее в висок.

По выходным она готовит мне завтрак, но всегда сжигает хотя бы что-то. Я ни разу ничего не сказал, просто ем все, что она готовит, с улыбкой на лице, но моя прекрасная жена... ну, не лучший кулинар.

Клара кивает.

— Ты особенно хороша в том, чтобы собирать овощи с огорода, — говорит она с преувеличенной ласковостью. — Так что почему бы тебе не заняться этим, милая?

Моя ненаглядная жена надувает губки, резко разворачивается и выходит прочь. Я тихо смеюсь и следую за ней, сердце стучит в ребрах. В какие-то моменты я не уверен, что у нас все получится. Но бывают и такие дни, как этот, и ради них стоит бороться.

Селеста бросает на меня взгляд через плечо, медленно оглядывая меня с ног до головы, заостряя внимание на моих джинсах и черной футболке.

— Эту я заберу, — решительно заявляет она, кивнув самой себе.

Я разражаюсь смехом, хватаю ее и прижимаю к стене сарая, скрытого от посторонних глаз.

— Неземная, у тебя уже есть целая коллекция моих футболок. Зачем тебе еще одна?

Она прижимает ладонь к моей груди и поднимает голову, глядя на меня снизу вверх.

— У меняесть целый коварный план, — шепчет она, скользя рукой под мою футболку. Уголки ее губ растягиваются в медленной, хищной улыбке, когда мои мышцы мгновенно напрягаются под ее пальцами. — Если я украду все твои футболки, тебе нечего будет носить, и тогда я смогу держать тебя голым в нашей постели вечно.