Книга Разрушенные клятвы, страница 6 – Катарина Маура

— Как он называется? — спрашиваю прежде, чем успеваю осознать, насколько выдаю свою одержимость ею.

Она моргает, явно не понимая.

— Прости, что?

Я улыбаюсь и сжимаю ее волосы еще сильнее.

— Лак для ногтей, Селеста. Какой оттенок ты выбрала сегодня?

В ее глазах вспыхивает чистое недоумение, и, черт, если от этого выражения у меня не сжимается член.

— К-как ты вообще… откуда ты знаешь об этом?

Я ухмыляюсь, опуская руку на ее спину чуть ниже, чем следует, а затем притягиваю ее ближе, позволяя почувствовать, как именно она действует на меня. Наклоняюсь к ее уху, едва касаясь губами.

— Я наблюдал за тобой годами, Селеста. Как я мог не знать?

Когда я выпрямляюсь, ее щеки пылают, глаза полны жара. Она никогда не выглядела более красивой.

— Ну же. Скажи мне, как называется твой лак?

Она прикусывает губу, а затем улыбается.

— Я просто не могу справиться с Акабаной.

Я разражаюсь смехом, привлекая взгляды гостей, и она смеется в ответ.

— Ты не справляешься? С чем? С возвращением? Или со мной?

— Ты все такой же самовлюбленный, — отзывается она, но злости в ее голосе уже нет. — Моя жизнь не вращается вокруг тебя, Зейн.

— Вот как? И именно поэтому я застал тебя за кражей моего бокала с шампанским? Потомучто тебе совершенно неинтересно, как я управляю этим отелем?

Она сверкает глазами и толкает меня в грудь.

— Я непыталась ничегоукрасть!

— Я забуду это, если ты признаешь одно. Признай, что скучала по мне.

Селеста закатывает глаза, но я начинаю медленно массировать ее затылок, отчаянно желая касаться ее так интимно, как только могу.

— В отличие от тебя, я не лгу, — говорит она, глядя мне прямо в глаза. — И я солгала бы, если бы сказала, что скучала по тебе, Зейн.

Ее взгляд ледяной, но я лишь улыбаюсь в ответ. Черт, я просто обожаю, когда она сосредоточена только на мне.

— Время, проведенное без тебя, было лучшим в моей жизни. Не видеть твою самодовольную рожу — удовольствие, которое ты даже не способен себе представить.

— Как жаль, — шепчу я, не в силах отвести от нее взгляд. — Потому что я скучал по тебе, моя Неземная. Я скучал по тому, как ты раздраженно выдыхаешь, когда я тебя злю, как сверкают твои глаза, когда я тебя превосхожу… как ты заставляешь меня становиться лучше.

Ее глаза чуть дрогнули, и голос на секунду потерял уверенность.

— Так вот что это? — спрашивает она. — Еще одна наша игра? Очередное состязание?

То, как она смотрит мне в глаза, не прячась за своей привычной броней, — это настоящее удовольствие.

— Возможно.

— Ты никогда не выиграешь.

— Ты даже не знаешь, во что мы играем, Селеста.

Она пожимает плечами и едва заметно покачивает бедрами, заставляя меня выдохнуть хрипло и низко.

— У меня есть догадка, Зейн. Ты не затащишь меня в свою постель. Я никогда не захочу тебя.

Я улыбаюсь, чувствуя, как бешено колотится сердце.

— Это не то, что ты говорила, когда кончала на моих пальцах в ночь выпускного, моя сладкая богиня.

Ее лицо вспыхивает злостью и стыдом. Она резко отстраняется, ее глаза сверкают, будто лезвия.

— Это была ошибка, — резко бросает она. — И я ее никогда не повторю. Даже в самых кошмарных снах.

Больно знать, что для нее это было ошибкой. Ведь для меня это значило все. Но я улыбаюсь — так, как она этого ожидает.

— Я вспомню эти слова, когда буду входить в тебя, Селеста. Когда доведу тебя до оргазма, когда твои губы будут шептать мое имя… Я заставлю тебя взять эти слова обратно, прежде чем ты начнешь умолять меня о большем. И ты будешь умолять. Так же, как тогда.