Книга Как приручить принцессу, страница 72 – Хельга Блум

Глупо ли было рассчитывать на иной исход? Он казался таким искренним, когда уходил. Таким серьезным и честным… Вспомнился почему-то тот короткий поцелуй во время нашей скомканной свадьбы. Нежеланный, но Лаэрт показался мне тогда таким надежным и спокойным. И так же спокойно он развернулся и ушел из моей жизни.

— Ты сказал, что вернешься раньше, чем я думаю! — всхлипнула я, обращаясь к тому, кого здесь не было. — А я думала, что ты вернешься…

«Нужно разобраться с одним делом». Какая же я глупая. Мужчины используют этот предлог уже тысячи лет и все равно находятся недалекие женщины, готовые поверить. Глупая-глупая Эйлин. Зачем вновь и вновь мучить себя этим? Разве недостаточно физической боли?

Долго я так лежала, не в силах прекратить думать о вещах, причиняющих мне боль. В конце концов, желудок затих, слезы высохли, а ползающие по телу муравьи стали причинять очень уж много неудобств. Кажется, в своем приступе тошноты я самане заметила, как легла на муравейник.

Пошатываясь, я поднялась на ноги. Глотнула молока, пытаясь заглушить неприятный привкус во рту. А не от него ли мне так плохо? Впрочем, едва ли дело в молоке. Скорее в жирном жареном пирожке, съеденном после нескольких дней полуголодной жизни. Напрасно я на него так набросилась. Недальновидно.

Отчего-то я полагала, что возвращение домой будет более… триумфальным что ли. Мои первые заработанные деньги. Небольшая победа после череды поражений. Триумф оказался с гнильцой. Вяло перебирая ногами, я шагала в сторону дома.

Упав в кровать, я проспала до позднего вечера. Проснулась, когда луна уже криво ухмылялась на небосклоне. Проснулась и пошла поливать брюкву. Нужно уметь расставлять приоритеты.

Осторожно перебирая босыми ногами, я вышла на крыльцо. Пахло приближающимся дождем. Может, оставить все на его совесть? Нет, нельзя. Неизвестно, пойдет ли дождь, а моя брюква без влаги долго не протянет. Пока поливала огород, взглянула внимательнее на ведро. А вот и тара для ежевики. Простой и очевидный выход, до которого я не додумалась.

Прохладный вечерний воздух прочищал голову. Тело все еще сковывала слабость, но, по крайней мере, я больше не чувствовала себя так, словно вот-вот умру. Отложив в сторону ведро, я вдохнула поглубже. Встала посреди двора, задрала голову к темнеющему небу. Надо же! Я здесь совсем одна. От этой мысли одновременно хотелось плакать и смеяться. Никогда прежде я не была одна. Одинока бывала, а вот одна…

Темнел мир, засыпали дневные животные, выходили на разведку ночные. Где-то вдали ухала сова. Странные переливчатые звуки издавала неизвестная пташка. Ночные бабочки кружили в воздухе.

Немного постояв, я направила в дом. Сквозь маленькие окошки свет проникал плохо, так что сумку с покупками пришлось искать почти на ощупь. Осторожно, почти не полагаясь на зрение, разложила все по местам. Овощи, творог, сметану, молоко. Пригубила немного молока и скривилась. Кислое. Невкусно. Она продала испорченное молоко. Обидно. Вылить или выпить так? Не станет ли мне снова плохо? Так и не приняв решение, я поставила крынку на полку.

Комнату осветила короткая вспышка молнии. Низкий раскат грома напомнил мне сердитого старика, недовольно ворочающегося в кресле. Немного похоже на пожилого герцога Ленифского. На всех званых вечерах он первых делом находил удобное кресло и долго устраивался в нем, посылая слуг за новыми и новыми подушками.