Онлайн книга «Ибо однажды придёт к тебе шуршик…»
|
– Шуршики, – ахнула Иринка. И принц тут же выставил перед собой шпагу, готовясь принять бой: – Эй, ушастые, мы просто так не дадимся! – выкрикнул он неизвестно зачем, но втихаря надеясь, что это отпугнёт нежданных визитёров. Но шуршики даже не думали проявлять агрессию. Напротив, Лум разочарованно цыкнул, заметив сотоварищам, мол, не их клиент! Остальные согласно кивнули, а Пэк выразил общее мнение: – Всё нормально, человеки, расходимся краями. Базара не будет… Так же неожиданно, как и появилась, ушастая ватага растворилась в тишине мгновенно опустевших развалин. – Ты что-нибудь понял? – придя в себя, поинтересовалась Иринка. – Нет, – пожал плечами Ярик. Вновь налетел пронизывающий ветер, заголосили сверчки, послышался звук капающей воды – в за́мок вернулась жизнь, невидимая, но весьма недовольная тем, что её потревожили, а вместе с нею на головы счастливой парочки свалилось странное ощущение тоски, от которой захотелось немедленно избавиться, скорее покинув руины. Иринка озабоченно оглянулась вокруг, ловко вернула дагу в ножны и шепнула на ушко любимому, вуалируя трагическую неловкость: – Ярик, я тебя не очень застесняю? – А что такое? – Мне срочно нужно в кустики. Ты ведь отнесёшь меня в кустики, милый? – и, увидев растерянность, появившуюся на лице их высочества, заключила: – А что поделаешь? Такова семейная жизнь… И возразить тут что-либо было бы крайне сложно… * * * Восседая на троне, Владислав озабоченно тёр переносицу двумя пальцами, размышляя над услышанным. В голове их величества никак не укладывалось то, о чём только что поведала королева Померании. Конечно, представление, разыгранное шестнадцатилетним сорванцом накануне, не оставляло никаких сомнений: влечение между сыном и воспитанницей существует, причём нешуточное… «Но ведь это может и не быть любовью, как утверждает гостья! С другой стороны, то, как дети целовались, потеряв всякий стыд…» – и кулак правителя Широкроссии глухо врезался в подлокотник трона. – Что ж, – не в силах разогнать крепкую думу, избороздившую чело суровыми морщинами, вымолвил он наконец, – если всё так, как ты говоришь, Ярославу придётся забыть об Иринке, а девочке следует запретить появляться во дворце. Строго-на́строго! – Но ведь они с детства вместе, – испуганно прижав пальцы к губам, воскликнула королева-мать и добавила совершенно растерянно: – словно брат и сестра! Она постаралась как можно жалостливее заглянутьмужу в глаза, надеясь, что в сердце главы семейства отыщется менее болезненное решение: – Она же нам, как дочь, папочка! Но Владислав был непреклонен. – Ишь ты, любовь у них! Ишь ты! Пора бы уже и о государстве призадуматься! Услышав причитания королевы, поморщился и Будраш. Всё так же стоя возле вазы со сложенными на груди руками, он внимательно вслушивался в произносимые речи, сопоставляя сказанное с заверениями Маленького Бло. Как ни странно, происходящее внушало завидный оптимизм. Пока померанская ведьмочка рассказывала о том, что ждёт страну в случае крамольного любовного мезальянса[30], второй человек в государстве не проронил ни слова. И чем ужаснее рисовалась перспектива, тем благостнее становилось у него на душе. Шуршик сказал правду! Скоро, совсем скоро он станет властелином Широкороссии, а, может быть, и не только её. |