Книга Ибо однажды придёт к тебе шуршик…, страница 133 – Игорь Маслобойников

– Ничего исключать не стоит, – учитель успокаивающе похлопал ученика по плечу. – Но мы уже на шаг впереди, согласитесь… И, чтобы отправиться в погоню, кое-кому придётся основательно покумекать, решая, где следует вас искать. Вы же к тому времени будете уже далеко, мой отважный друг…

– Это всё верно, господин учитель, и всё-таки… родители будут волноваться, да и мне будет неспокойно, зная, что они не находят себе места…

– Когда страсти улягутся, я им всё объясню.

– У вас будут неприятности.

– Одной больше, одной меньше. В конце концов, они не глупые люди, чтобы препятствовать счастью сына.

Мудрость фехтовальных дел мастера чуть угомонила беспокойное биение сердца королевича и, немного переведя дух, беглецы ускорили шаг. Вскоре, далеко впереди отчётливо потянуло свежестью. Заговорщики достигли решётки, за которой юного мечтателя ожидали свобода, любимая девушка и счастье бытьвместе.

– Ну, что, ваше высочество, вы хотели на волю, вот вам воля… – улыбнулся учитель фехтования.

Ярик с превеликим воодушевлением толкнул решётку и тут же разочарованно стукнул кулаком по проржавевшему пруту:

– Заперта, чёрт бы её побрал!

– Ну, разумеется! Если бы замки́ были открыты, то за́мки долго бы не простояли… – откуда ни возьмись в руках наставника появился миниатюрных размеров металлический сосуд с длинным носиком, из которого нечто маслянистое было накапано в замочную скважину, после чего в отверстие был вставлен ключ, повёрнут и – вуаля! – кованая преграда с грохотом распахнулась, открывая путь в чёрные зыбкие сумерки.

Учитель пропустил ученика вперёд, давая понять, что здесь им предстоит расстаться. Ярик обернулся и с трогательной благодарностью заглянул в глаза мастера.

«Вот и ещё один близкий человек уходит в прошлое… – подумал он с грустью. – Конечно, всё это кажется неизбежным, и при этом чертовски не правильным.»

– Спасибо, господин учитель… – сказал он вслух.

– Счастливого пути, ваше высочество, – закрывая решётку, наставник ободряюще взмахнул на прощание рукой. – Удачи вам с Иринкой. И будьте крайне осторожны. На кладбище не засиживайтесь, уходите сразу же и как можно дальше…

* * *

Едва магические для влюблённых слова были произнесены, как высоко в королевских пенатах, не находивший себе покоя король Владислав осторожно постучал в дверь спаленки их высочества. Сомнения в необходимости разлучить любимого сына и воспитанницу не давали ему спокойно спать с тех пор, как королева Померании появилась в замке с вестью о пророчестве, будь оно не ладно! Больше месяца он крепился, сохраняя всю возможную суровость и непреклонность, однако совесть взяла верх, да и время объясниться назрело со всей очевидностью.

И вот, сочтя, что юный отрок видит десятый сон, беспокойный отец неспешной и очень смущённой черепашкой заглянул в опочивальню.

– Ярослав, сынок, ты спишь? – тихо позвал правитель Широкороссии, не зная, с чего начать столь трудный для обоих разговор. – Это я – твой папа… – и он неуверенно шагнул внутрь, где, постояв чуточку, сделал ещё шаг, потом другой, а за ним и третий, крайне деликатно приближаясь к кровати королевича. – Я понимаю, ты не хочешь со мной разговаривать, но…

Основательно сократив расстояние и не встретив особых возражений, корольосторожно опустился на мягкие перины, где, завернувшись в одеяло, должно было почивать любимое чадо.