Онлайн книга «Ибо однажды придёт к тебе шуршик…»
|
И тут вдруг – на тебе! – вопреки всем тайным надеждам и помыслам, в тени орешника торчит Митя. Какое разочарование! Его шляпа, плащ и фигура не оставляли в том никаких сомнений и только умножали печаль. А ведь грёзы девичьи успели нарисовать такую волнующую картину будущего, будто бы камешек ниспослан их высочеством, что фантазии обретают наконец завидное воплощение, и что в эту ночь они непременно признаются друг другу во всепоглощающей любви, отчего в лесу от зависти разом сдохнут все медведи. Ан нет! Она опять размечталась, как дурочка распоследняя! Впрочем, догадка об истинности происходящего не заставила себя ждать. Накануне они до исступления репетировали сценку из будущего представления, задуманного наследником престола. По сюжету Иринке нужно было прыгнуть Мите на шею, как бы радуясь встрече после долгой разлуки. Их общий с Яриком друг, конечно же, смущался и цепенел, как нашкодивший мальчишка. Уговоры автора пьески не помогали. Тогда, недолго думая, она разбежалась и повисла на Мите, словно бы вытворяла подобное ежедневно. И вот – здрасти! – это смущённое чудо в перьях теперь стоит под балкономи кидается камушками! Какая прелесть! «Может, он что-то не так понял? – нахмурилась Иринка. – Такое ведь вполне вероятно…» – и тут ей вдруг до зарезу захотелось потешиться над товарищем, повоспитывать, так сказать, паренька, дабы не путал главное с второстепенным! Изящным жестом отбросив с лица волосы, юная прелестница оперлась о перила балкона и томно обронила слова в звенящую цикадами ночь, причём в стишках, как репетировалось давеча. Манерка эта непременно поставила бы друга Митю в тупичок, ведь по части сиюминутной импровизации юный отрок талантами не блистал. – Кто звал меня? Митюша, вы? Кто там, в ночи смущает мирных граждан покой и сон? Речь была произнесена подчёркнуто нараспев. С одной стороны в ней сквозило лёгкое недовольство, с другой – всё, чем дышала её жаждущая любви и пылких признаний душа. А уменьшительно-ласкательное «Митюша» и коротенькое – «вы» призваны были засмущать горе-жениха окончательно. Отправить же в мир конфуза приятеля их высочества, что может быть приятней! И она отправила. Закрученные в стих слова, упавшие из поднебесья, озадачили почитателя яблок. Он даже прекратил жевать, так как мысль мгновенно остановила какое бы то ни было движение в его голове. И всё бы ничего, если бы некто, прячущийся в тени орешника, не хихикнул удовлетворённо, и не произнёс чуть слышно: – Да, это я – Митяй, слуга ваш верный… Повтори! Митя пожал плечами и нарушил безмолвие сада: – Да, это я – Митяй, слуга ваш верный… Повтори! – Кто «повтори»? – растерялась Иринка. – Я «повтори»? Митенька, с вами всё в порядке? – Балда, – донёсся голос из листвы. – «Повтори» не надо было повторять! – А чего ты не предупредил? – А ты сам не мог догадаться? – Мы так долго препираться будем, – запыхтел Митя недовольно. – Чего теперь делаем-то? – Главное успокойся, и просто думай, что говоришь, когда говоришь. Иринка старательно вглядывалась в полутьму, но ещё больше вслушивалась. Внизу что-то явно затевалось. «Только что?» – в волнении стучалось сердце о грудную клетку. Отчётливо доносились невнятные шорохи, похожие на обрывки разговора. – Ну, давай, соберись и ответь девушке, – шипел голос из темноты. |