Книга Леди любят артефакты 3, страница 39 – Яра Горина, Алёна Соловьёва

Это слово горничная Касси каждый раз произносила с каким-то особым придыханием. И тут же принималась описывать позорный побег Ричардс: «Вся в слезах, с красным, перекошенным горем лицом, она спешно бросилась к выходу, не замечая ничего на своем пути! Лорд Блэквуд же после всего произошедшего долго курил в своем кабинете, а когда вышел — на лице его царила полнейшая невозмутимость».

Картина, живо описанная впечатлительной болтушкой, так и стояла перед моими глазами: раздавленная Ричардс и лорд Блэквуд в роли ангела возмездия. И от этих образов торжествующей справедливости на душе становилось теплее.

Впрочем, сочувствия к вдове не проявлял никто (кроме, разве что Моргулиса, который поначалу вяло пытался пресечь шепотки). А подслушанный разговор вскоре дал начало множеству слухов о том, как леди Ричардс сама себя скомпрометировала, заигрывая с другом хозяина — лордом Дрессингом.

— Красивая, но глупая, — снисходительно вздыхали горничные. — Клюнула на столичного хлыща и упустила шанс стать хозяйкой замка!

А дальше чужие фантазии уже былоне остановить. Внезапно оказалось, что леди Ричардс носит ребенка!

На мой наивный вопрос, кто мог стать отцом нерожденной крохи, Пайпер принялась вращать глазами, красноречиво указывая на портрет хозяина, около которого мы как раз и остановились. Ей, похоже, было невдомек, что такие разговоры портят репутацию не только вдовы, но и лорда Блэквуда. И я не преминула обратить ее внимание на этот факт. Как и Нэнси, которая, услышав новую сплетню, устроила горничным разнос, чтобы не смели порочить честь хозяина.

Но уже через пару дней и сама Нэнси попалась на крючок. Если отец ребенка не лорд Блэквуд, то почему бы не пофантазировать, кто именно? Других же подозревать не возбранялось! Так и выходило, что еще немного, и список кандидатов сравняется со списком избирателей Бринвилля!

Тут уже Моргулис взялся за наведение порядка всерьез. Но рты людям не закроешь… Оставалось только гадать, какое количество слухов вылетит за пределы замка или, еще хуже, дойдет до ушей лорда Блэквуда.

Я в своем промежуточном положении между господами и слугами, была осведомлена лучше, чем хотелось бы, и даже мое прежнее злорадство слегка поутихло. Все же вдова получила по заслугам, не казала носа в замок, а что до неприятных слухов о беременности, то все могло быть еще хуже, узнай домочадцы правду. Несмотря на своенравие, Бетти в Золотых холмах любили…

И все же после этой истории лорд Блэквуд стал смотреть на меня чуточку иначе. Словно увидел заново или попросту каждый раз думает о том, что сказала Ричардс? Про пепельницу страсти, например? От этой мысли вновь накатывала неловкость, и частенько в обществе хозяина я чувствовала себя, как натянутая струна.

К счастью, виделись мы не так часто. С отъездом приятелей, лорд все больше времени проводил в своем кабинете, часами сидел в библиотеке, обложившись бумагами и картами, а то и вовсе пропадал в Бринвилле. Я полагала, что все это связано с расследованием, но лишних вопросов старалась не задавать. Лишь радовалась тому, что за обилием важных дел, хозяин не забывал о тренировках с Кристофером и по-прежнему уделял этому пристальное внимание. А заодно и Беатрис. Пусть она девочка, но девочка с неуемной энергией, которую нужно выплеснуть. И, кажется, лорд Блэквуд потихоньку смирился с тем, что его дочь тот еще сорванец.