Книга Семь безликих святых, страница 77 – М. К. Лобб

– Думаешь, знание о том, кто убил Амели, поможет ему? – спросила Насим, когда они направились к двери. Ночь выдалась не по сезону холодной, поэтому Роз в поисках тепла прижалась плечом к плечу подруги. Ей даже не нужно было спрашивать, о ком шла речь.

– Будь я на его месте, мне бы помогло, – это все, что она могла сказать.

Насим слегка отстранилась и грустно взглянула на Роз.

– Уверена?

– Что ты хочешь этим сказать?

– Ну… ты же, разумеется, знаешь, кто убил твоего отца. – В голосе Насим послышались извиняющиеся нотки. – Но стало ли тебе от этого лучше? Или тебе это просто позволяет больше злиться, чем грустить?

Роз не знала, что на это сказать. На мгновение задумалась, а потом спокойно ответила:

– Злиться гораздо приятнее, чем грустить.

Насим замедлила шаг. Лунные блики играли на мягких чертах ее лица. Она выглядела как никогда уязвимой. Казалась не мятежницей, а простой девушкой, молодой и напуганной. В душе Роз вспыхнуло желание защитить ее.

– Наверное, ты права, – пробормотала Насим. – Но иногда у меня не выходит не грустить. – Она моргнула несколько раз. – Нам никогда не обрести мир, пока эта война не закончится, верно? А она не закончится никогда.

Роз не собиралась лгать.

– Нет, пока не появится явный проигравший.

– Думаю, он уже есть, – проговорила Насим с кривой усмешкой, когда они дошли до угла, где их пути расходились. Она отпустила руку Роз, а потом развернулась к ней лицом. – Этовсе мы.

В душе Дамиана шла внутренняя борьба, пока он шагал по Палаццо.Прошлый вечер, проведенный в компании Роз, медленно разъедал его, и в какой-то момент он уже не мог терпеть. Весь день его ноги сражались с разумом, и в конечном итоге победило первое. С тех пор как сумерки сгустились и рассеялись, прошло немало времени; теперь он стоял перед чужой дверью, подняв кулак и намереваясь постучать.

– Войдите.

Голос Баттисты, донесшийся из-за закрытой двери, заставил внутренности Дамиана скрутиться в узлы. Генерал, как обычно, независимо от времени ночи, находился в своем кабинете, свет от его свечи был виден из коридора. Прежде чем войти, Дамиан глубоко вздохнул, пытаясь прийти в себя, его палец поглаживал лежащий в кармане шар. Как ни странно, эта привычка стала для него своеобразным способом успокоения.

Он не понимал, зачем сюда пришел. Нет, неправда. Он точно знал, зачем пришел. Но сомневался в том, что это хорошая идея.

Я не могу перечить ему.

Ты никогда не мог.

Дамиан был очень зол во время разговора с Роз. Но теперь, оставшись в отрезвляющей тишине своих мыслей, осознал, что она права. Он никогда не пытался прекословить отцу. Предпринимал редкие попытки переубедить Баттисту, считая это бесполезным занятием. Отныне больше так не будет. Сегодня вечером он приложит все усилия.

Стиснув зубы, он толкнул дверь.

– Добрый вечер, отец.

– А, Дамиан. – Баттиста перебирал бумаги на столе, при этом он стоял, а не сидел. Мужчина поднял голову и устало улыбнулся ему. Его лицо освещалось снизу почти догоревшей свечой, превратившейся в бесформенный комок в луже воска. – Я как раз собирался ложиться спать. Завтра утром у меня встреча с главным магистратом. Это может подождать?

– Вообще-то нет. – Дамиан поправил рубашку, затем приколотый к ней нагрудный знак. – Я хотел бы поговорить с тобой об убийствах.