Книга Чудовищный бизнес леди попаданки, страница 90 – Даша Семенкова

— Тоже мне, потеря потерь, — фыркнула я.

Он покачал головой и возразил, что это я сейчас так думаю.Жизнь штука долгая, вечно на выселках не просидишь. Особенно когда узнаешь, от чего именно придется отказаться. Спорить я не стала, просто рассказала ему о своей задумке. О том, что против варварского обращения со своими землями. Заодно напомнив, что настоящий хозяин здесь он и вправе распоряжаться ими как угодно, не спрашивая разрешения папочки

— Ты и вправду его совсем не знаешь. А хозяин я лишь формально, и то... — он усмехнулся невесело. — Сейчас Мартэйн манор приносит одни убытки. Личных моих доходов не хватит даже чтобы их покрыть. Но я и не желаю управлять этим проклятым местом. Все, чего хочу — уехать отсюда, и как можно скорее.

— Я все понимаю. Как наследник состояния ты богат только в перспективе... — я запнулась, пытаясь поймать мысль. — Выходит, этим браком он тебя еще сильнее по рукам и ногам связал. Повесив на шею ненавистную жену с убыточным приданым. Ладно, не стану тебя просить ему перечить. Но я-то могу. Мне терять особо нечего, бояться его тоже нет причин. Просто подскажи, как донести все так, чтобы он одобрил.

— Никак. Конрад Бирн мыслит своим умом, не попадается на уловки и не прислушивается ни к чему, кроме собственного чутья. Уверен, что с тобой он давно все решил, если и выслушает, то из вежливости. Вряд ли его интересуют экзотические животные. Детьми мы не смели притащить в дом даже кошку.

— Лошадей тебе ведь разрешали держать.

— Лошадь — это транспорт, увлечение и предмет роскоши. Охотничьих собак он тоже держит, лучшие образцы породы допускаются в гостиную. Но он терпеть не может существ, которых называют декоративными. Любая тварь должна выполнять свое предназначение, а не путаться без толка под ногами и портить ковры.

Он произнес эти слова другим тоном, будто невольно подражая тому, от кого их слышал когда-то. Внушая надежду, что высокомерная брезгливость ко всему живому — не врожденное свойство его характера. Просто нахватался от папаши.

— А он жестокий, — произнесла задумчиво. Пытаясь понять, ненавидит ли он отца или любит безумно и отчаянно. Или и то, и другое. Так часто бывает с детьми токсичных родителей.

— Рациональный, — поправил Рэй. — Насмотревшись здесь всякого, я его понимаю.

Вспомнив его реакцию на безобидную шумелку-мышь, я невольно улыбнулась. Всполошился, будто в доме прятался саблезубый тигр, не меньше. Но вдруг сообразила, что давненько той мыши не слышали, и улыбка сползла с лица.

— Кстати, тебе мышь не досаждает? Ну, которой ты в первые дни испугался.

— Это не я испугался, а... — он покосился на меня и прикусил язык. Напоминать не хочет, надо же. Будто то, что было, куда-то от этого денется. — Забудь о ней.

— О Бетани Деорса? — спросила невинным голоском.

— О мыши, — огрызнулся Рэй недовольно. — Тебе поговорить больше не о чем? Я думал, сейчас другое важно.

— Ты что, убил ее?! Этого я тебе никогда не прощу, Рейнер Бирн. Никогда, слышишь? Да как ты посмел, мою...

— Угомонись, не убивал я ее. Понял уже, что каждая четвероногая гадость в округе — твой любимец. Чем она мерзопакостнее, тем больше тебе по сердцу.

— Логично. За тебя я вообще замуж вышла.

— Ну, знаешь ли, — вспылил было он, но неожиданно вмешалась Иви.

— Что случилось? Кого убили? — воскликнула она, заглядывая в дверной проем. За спиной ее мелькнула любопытная физиономия Дью, но при виде Рэя исчезла.