Книга АтакА & Исключительная, страница 105 – Anne Dar

Танец получился замечательным. Я навсегда запомнила его.

С нашей первой ночёвкой мы определились достаточно быстро и даже с некоторой лёгкостью: заехали в ближайший лесной съезд и, убедившись, что машину не видно со стороны дороги, разобрали сиденья – Диа и Маршал просто откинули назад свои, а мы перетащили все вещи из багажника в салон, благодаря чему смогли себе позволить полностью разложить заднее сиденье. Таким образом, сзади получился вполне приличный диван. Каждый имел в своём распоряжении по одной миниатюрной и вышитой дымчатыми цветами подушке – когда-то они украшали гостиный диван четы Агилера, – и по одному шотландскому пледу. Спать было не то чтобы комфортно, всё-таки ощущалась некоторая теснота, но зато не было холодно, по крайней мере мне, потому что Рагнар всю ночь обнимал меня, очень действенно исполняя негласные функции моего личного обогревателя. Я почти всю зиму проспала с ним в одной постели и уже давно оценила ценность теплоты его тела, так что в этой обстановке было даже приятно ощущать что-то знакомое и неизменно-приятное.

Глубокой ночью, около полуночи, где-то далеко в скрывающем нас лесу завыли волки. Они дали о себе знать достаточно громко, чтобы мы отчётливо услышали их протяжные песнопения. Кайя сразу же встрепенулась и испугалась, на что Маршал отреагировал словами: “Не переживай, волки не люди – они не убивают из чувства прихоти”. В его словах присутствовала отрезвляющая жестокость, но она была правдивой, а правда всегда действовала на меня успокаивающе, какой бы она ни была, так что всю оставшуюся ночь я, в отличие от некоторых других участников этого совершенно безрассудного похода, всю степень безрассудства которого мы в полной мере оценим чуть позже, проспала совершенно спокойным, беспробудным сном.

Провести ночь на разложенном заднем сиденье автомобиля среднего класса – далеко не то же самое, что провести ночь на мягкой перине пятизвездочного отеля, и хотя мне спалось как будто бы комфортно, проснувшись, я обнаружила ту же проблему, которую в итоге обнаружили у себя все спавшие рядом со мной: тело замлело так, что в пояснице возникла ноющая боль. Воспользовавшись временем, отведенным на прием завтрака, я только и делала, что ходила туда-сюда по заросшей лесной дороге, ковыряя вилкой содержимое своей консервной банки – кто бы ни придумал консервированное рагу, он был гением.

Птицы громко пели в недосягаемых кронах древних деревьев, воздух был свеж и чист, и ничто не предвещало проблем, однако стоило нам сесть в машину и снова вернуться на асфальтированную дорогу, как мы сразу же окунулись в суровую реальность: из-за брошенных на дорогах автомобилей и человеческих останков, проезд по ровной местности на автомобиле был почти невозможен. Почти, но не с таким талантливым водителем, каким является Маршал: мы каждые пять-десять километров съезжали с дороги на ухабистые обочины и заброшенные поля, но при этом ни разу не засели и не забуксовали там, где, казалось бы, ни одному автомобилю было не проехать.

Около полудня мы увидели в километре от нашей дороги небольшую жилую деревню. О том, что она жилая, свидетельствовали высокие огни, взмывающие от костров, пылающих вдоль границы деревни – рядом с кострами будто бы двигались человеческие силуэты. Вонь в воздухе от этих костров стояла отвратительнейшая, словно в этом огне сжигали животных – в своих личных предположениях я предпочитала думать именно об останках животных, а не о трупах людей. Мы поспешно миновали это поселение, однако от остатков зловония пришлось ещё долго отделываться – едва спасали заново открытые окна.