Книга АтакА & Исключительная, страница 144 – Anne Dar

Неожиданно сестра заговорила, и то, что она сказала, заставило меня замереть:

– Это ужасная мысль, я знаю, но я смотрю на неё и задаюсь вопросом: почему она, почему не Маршал?

Я сглотнула колючий ком…

…Почему вакцина помогла Кайе, а не Маршалу? Мысль и вправду ужасная. Даже жестокая. Но как прекратить её думать тому, кто потерял самого дорогого для себя человека, который мог бы сейчас быть жив, если бы вакцина, которая по итогу оказалась действенной, сработала на нём?

Сделав глоток из кружки, Диандра развернулась через левое плечо, чтобы даже случайно не посмотреть на меня, и ушла в сторону гостиной.

Я вышла на улицу и направилась к Кайе. Каждый из нас посещает могилу Маршала по несколько раз в день. Чаще всех сюда приходит подумать о своём горе Диандра, но она никогда не является сюда в то время, когда здесь присутствует кто-то другой, хотя для остальных не видится проблемы в компании, даже наоборот. Быть может, наше общество невыносимо для неё из-за апатичного состояния, в котором онапребывает, а быть может, она всё ещё подумывает о самоубийстве, да вот только теперь не может его совершить из-за опрометчиво данного мне обещания, что только усиливает её апатию.

Подняв лежащее рядом с Кайей пластмассовое ведро, когда-то бывшее красным, но из-за времени выцветшее до бледно-розового цвета, я перевернула его и села справа от девчонки. Этот весенний вечер был прохладный и очень красивый – бодрящая свежесть охватывала тело со всех сторон, небо на западе пылало от алых красок закатного солнца, в голых зарослях кустов только начинала распеваться ночная певчая птичка.

Ни на что не надеясь, я произнесла не для того, чтобы получить ответ, а для того, чтобы быть услышанной:

– Я знаю, как тебе был дорог Маршал. У вас была особенная дружба…

– Он был мне как самый лучший на свете отчим, – внезапно ответила она, и я замерла, встретившись с ней взглядом. Наконец, приняв новое звучание, я произнесла:

– Вау… Какой у тебя теперь голос. Чистая мелодия. Чего до сих пор молчала-то? Я уже начала думать, не останешься ли навсегда немой.

– Слишком много всего.

– Да уж, событий немало.

– Нет, я не про это. Слишком много звуков, запахов, вкусов, красок… Всего. Я слышу десятки птиц, поющих, кажется, за многие мили отсюда, и вижу все оттенки этого невероятного заката, и чувствую невообразимые запахи ветра, травы, земли… И всё это одновременно. До сих пор я не знала, что восприятие всей информации одновременно мешало мне говорить, но, кажется, я смогла отрегулировать какие-то свои внутренние настройки, отключить или приглушить незначительное… – она встретилась со мной взглядом и замолчала, видимо, поняв по моим глазам, что я не совсем понимаю, о чём она говорит.

– Объясни получше, – посоветовала я.

– Это ужасная мысль, она знает, но она смотрит на меня и задаётся вопросом: почему я, почему не Маршал?

Я снова замерла, на сей раз от ещё большего удивления, схожего с потрясением:

– Как ты?.. – я обернулась, чтобы оценить расстояние до дома, но дом был слишком далеко, и дверь точно была заперта, когда Диа произносила эти слова.

– Я прекрасно слышала не только каждое её слово, но каждый её вдох и выдох. Пока не отключила их в своих ушах.

Вместо того, чтобы сосредоточиться на новости о её сверхчувствительном слухе, я внезапно сосредоточилась на Диандре: