Книга Равные, страница 54 – Anne Dar

– В городе ведь не хватает инженеров, – тихо проговорила я, так, чтобы в толпе Блуждающих не расслышали моих слов, – учителей в младшей школе тоже недохват, – я говорила со знанием дела. В мою руку вновь вцепились – на сей раз это был муж этой женщины. Он заговорил совсем тихим шепотом. – С нами ещё двое. Они совсем плохи, но у них ещё есть время, они ещё не потерянные. Пара: тридцать восемь и тридцать семь лет. Восемь месяцев назад они смогли протолкнуть за стену троих своих детей – девочек пятнадцати, десяти и четырёх лет – и двух подопечных – девочек двенадцати и семи лет. Получается, они многодетная пара. Их дети сейчас в Руднике…

Я обернулась и сразу же вцепилась взглядом в Теону:

– Родителей нужно воссоединить с детьми, – одними губами прошептала я.

Только благодаря поддержке Теоны я в итоге смогла протащить всех четверых в лазарет. Спустя неделю все четверо, здоровые и красивые, стали жителями шатров: молодой мужчина, спасенный благодаря напору своей жены, и вправду оказался хорошим инженером, его жена смогла устроиться в школу, а их друзья, проведшие в лазарете на три дня дольше, воссоединились со своими дочерьми… Но этот инцидент, как меня и предупреждали Спиро с Клэр, сразу же поднял беспокойство в лагере Блуждающих. Поняв, что Рудник стал принимать не только подростков и детей, но и взрослых, зараженные стали проявлять буйство. Они начали совершать попытки пролезть вперед, из-за чего в тот же вечер, в который я пошла против общепринятых правил, за пределами силового поля вспыхнуло несколько серьезных потасовок. Спустя несколько часов у меня состоялся серьёзный разговор с Беорегардом.Стоя на стене, мы наблюдали за гудящей толпой Блуждающих. “Как бы это ни было ужасно, но городу необходимо сильное внутреннее наполнение, как сильные сосуды необходимы кровеносной системе”, – сказал Рутений. Он сказал только это и больше ничего. Ещё обнял меня за плечи и тяжело вздохнул… Он не запретил мне тащить за стену обыкновенных, бездетных людей. Запретили другие Металлы. Но я не пожалела о своём решении: я спасла четырех людей и видела, как они на моих глазах ожили, получив вакцину, изготовленную из моей крови!

Я продолжила выходить за стену. И продолжила мухлевать. Достаточно было одного ребенка, чтобы организовать вокруг него семью из девяти взрослых человек. И всё же я старалась хотя бы немного оправдывать надежды Рудника: я старалась спасать молодые пары и молодых одиночек, подговаривая их притворяться семьёй рядом с чужим ребёнком. В это же время другие Металлы продолжали переправлять за силовое поле исключительно подростков и детей. Так в лагере Блуждающих я обрела неожиданное имя: Металлическая Дева – дарующая надежду, спасительница обречёных.

При свете воткнутого в землю факела я только что закончила выцарапывать ножом имена Шарлотты и Пилар на Стене Памяти. Стена Памяти – участок стены Рудника у южных ворот, у которого горят негаснущими искуственными огнями свечи, возложены ещё свежие и совсем засохшие цветы. Здесь на бетоне выцарапывают неуклюжими буквами имена умерших людей. Так как кладбища внутри Рудника нет – оно расположено за стеной, справа при выезде из южных ворот, – чтить память ушедших людей местные живые приходят к этой стене. Я вспомнила Шарлотту и других: Нереуса, Фокаса, Софаса, Чеб, Уту, вообще всех девушек, живших со мной в казарме Рудника Кар-Хара и позже попавших в Ристалище… Закончив с именами Шарлотты и Пилар, я уже хотела взяться за Фокаса, как вдруг услышала шаги остановившегося рядом человека. С акробатической ловкостью, присущей Металлу, провернув нож в руке, я посмотрела вправо и резко застыла от неожиданности – рядом со мной остановился Платина. У меня сразу же возникло жгучее желание осмотреться по сторонам в поиске отходного пути, но я понимала, что так делать нельзя, чтобы не выдать своего переживания, поэтому просто замерла.