Книга Замуж за врага. Проданная дракону, страница 49 – Милена Кушкина

Я прошла дальше. На трюмо не было ни кремов, ни пудры. Лишь один только флакон с душистой водой, да расческа. В густых зубцах запутались несколько светлых волосков. Они точно не могли принадлежать рыжеволосой драконице!

Больше ничего в комнате не говорило о личности хозяйки.

Мое внимание привлек глубокий стенной шкаф. Уж там-то должно было что-то быть!

Я пересекла комнату и потянула за круглые ручки. Дверцы шкафа распахнулись, и я увидела всего несколько довольно скромных платьев. Ничего вульгарного и вызывающего.

Одна вешалка сиротливо пустовала. Опустив взгляд вниз, я едва не вскрикнула. На дне лежала лента персикового цвета.

Дрожащими руками я подняла ее, чтобы убедиться, что это была деталь того самого платья. Провела пальцами по нежной невесомой ткани, повернула к свету. Сомнений не было: это быладеталь платья, что изорвал Реджинальд.

Рука дрогнула, и невесомая лента соскользнула вниз.

Горячие слезы навернулись на глаза. Я подавила судорожный вдох.

Понимание того, чья это комната, накатило словно горячей волной. Мне ни в коем случае нельзя было здесь находиться и уж тем более что-то трогать! Наверняка Реджинальд приходит сюда, чтобы предаться воспоминаниям.

В воображении тут же возник образ скорбящего дракона, склонившегося над расческой, что еще хранила несколько волосков любимой женщины. Сердце разрывалось от жалости к этому могучему мужчине, что пережил такую утрату.

Какой же я была дурой, что вообще сюда полезла!

Утерев слезы, я собралась уйти, чтобы никогда не возвращаться. Но внезапно в тишине я услышала торопливые шаги, которые неумолимо приближались. Стук каблуков эхом отдавался от стен.

Я замерла, прислушиваясь и надеясь, что это был кто-то из слуг. Но они обычно передвигались почти бесшумно, а в качестве обуви использовали мягкие тканевые туфли.

Шаги подошли вплотную к комнате, где я сейчас была, и замерли.

Реджинальд вернулся или кто-то другой решил навестить эту комнату в его отсутствие?

Обезумев от страха, я скинула туфли и босиком бросилась к спасительному шкафу. Забившись в дальний угол, я прикрыла за собой дверцы и замерла, прижав к груди обувь.

Сидя внутри шкафа, я заметила, что дверца не монолитная. Она была стилизована под драконью чешую, и под каждой пластинкой, расположенной под наклоном, была едва заметная щелочка.

Благодаря такой конструкции внутри не только был приток свежего воздуха, но и я могла видеть, что происходит в комнате. Правда, только то, что находилось ниже уровня моих глаз.

При этом меня саму увидеть можно было только с пола.

Главное было – не издать ни звука, потому что слышимость благодаря дырочкам тоже была прекрасная.

Сердце так стучало, что я боялась, что его биение меня выдаст.

В комнату вошла женщина. Лица ее с моего места не было видно, зато я смогла разглядеть платье: дорогое, но довольно строгое, форменное. Никаких блесток и вульгарных разрезов. Край подола, пояс и сумка отделаны дорогой тканью, украшенной знакомой вязью. Но от волнения я не могла сообразить, почему этот узор кажется знакомым.

Женщина прошла в центр комнаты и остановилась. Казалось, что онаосматривается по сторонам.

Сердце стучало, словно хотело пробить ребра. От страха спина покрылась липким потом. Я понимала, что стоит незваной гостье открыть шкаф, как она увидит меня.