Книга Легенда о рыжем драконе, страница 68 – Милена Кушкина

Мне помнится, бабушка отваривала яйца, а потом мелко крошила желток, предназначенный для цыплят. А что, если я буду сначала отделять белки от желтков, а потом варить последние в кипятке? Тогда у меня останется много белков для проведения эксперимента. Смогу готовить меренги, обязательно попробую сделать зефир. А может быть, когда-нибудь, решусь на торт "Графские развалины".

Я так погрузилась в мечты о еде, которая была привычна для меня в прошлой жизни, достаточно было лишь протянуть руку к полке в супермаркете, что совершенно не заметила Корса, ввалившегося в кухню.

– Эй, прекрасная тисса! Уже мысленно построила птицеферму и считаешь прибыль? – Смех рыжего нахала выдернул меня из мира грёз. – Хватай свою скумбрию, пойдем запускать коптильный шкаф!

Нельзя просто так взять, и отправить в коптильню свежий продукт. Я помнила, что рыбу и мясо нужно хорошенько просолить. На 50 мер воды я взяла одну меру соли и отправила в этот рассол скумбрию минимум на неделю. Все остальное решила постигать опытным путем.

К началу эксперимента я успела насолить целую бочку рыбы, но коптить решила партиями по 2 штучки, чтобы можно было скорректировать рецепт. Как выяснилось позже, это было правильное решение. Впереди нас ждала череда неудач, но мы об этом пока не знали, и я надеялась на быстрый успех.

Самый первый пуск коптильного шкафа чуть не стал последним: Корс так увлекся розжигом опилок, что чуть не спалил всю конструкцию. Исправив недочеты, связанные с пожароопасностью шкафа, мы решились на второй пуск. На этот раз опилки тлели активно, и вокруг было столько дыма, что мы зашлись ужасным кашлем.

– Кажется, это не очень удачная идея, может оставим ее? – предложил Корс, выкидывая очередную раскисшую и почерневшую рыбину из шкафа.

– Нет, я уверена в успехе, – ответила я, – а то, что мы так долго идем к нужному результату, не даст нашим конкурентам так быстро скопировать идею.

– Конку…рентам? – Корс покатал на языке незнакомое слово, которое я нашла в своде законов и так удачно ввернула сейчас.

Мы экспериментировалис рыбой несколько дней. Корс был готов сдаться. Остальные обитатели острова лишь посмеивались над нами, когда видели, как мы возвращаемся с кислыми минами в очередной раз наглотавшись дыма или перепачкавшись в саже.

Наконец, нам удалось получить качественный продукт. Рыбки были упругими, золотистыми, с дымным ароматом, но без горечи. Мясо в меру соленое, плотное и влажное.

С какой гордостью в тот день я порезала рыбу на кусочки и подала к столу! Но ожидаемого фурора рыба не произвела. Привыкшие к моим кулинарным экспериментам обитатели замка подозрительно косились на рыбу непривычного вида и запаха и не решались попробовать.

– Это можно есть? – выразил Ганс общее мнение.

Мои глаза наполнились слезами. Как я смогу продать рыбу, которую даже попробовать бояться?!

Мне на помощь пришел Корс, который схватил самый большой кусок рыбы.

– Как это едят? – спросил он, надкусывая рыбу вместе со шкуркой, – Матерь сущего, как же это вкусно!

Рыжий так смешно уплетал рыбу, что его примеру невольно хотелось следовать. Я взяла кусочек, разорвала тушку и начала есть мясо, как привыкла: отрывая зубами ароматную мякоть от тонкой кожицы, оставляя только хребет и шкурку. Глядя на нас, остальные тоже потянулись за рыбой. К тому моменту, как рыбу распробовали, Корс успел умять, непрерывно нахваливая, не менее трети всего, что было приготовлено.