Книга Холод и тьма Порубежья, страница 45 – Юрий Москаленко, Александр Нагорный

– Так пусть же наш ужин начинается! – поддержал меня Родион.

Все отведали напитка и отметили его подходящим, изобразив удовольствие мимикой и жестами. Ужин начался с заботы о дамах, что им понравилось, напомнив о жизни в фамильных особняках и родовых поместьях. Кому-то подливали напитка, кто-то подавал нарезку, а уже через несколько минут за столом завязались первые беседы.

Одним словом, началось застолье как застолье. Справа от меня наша команда заняла места, слегка разбавленная гостями и под предводительством Элеоноры, а слева сел Кутузов.

Спустя полчаса я немного наклонился к нему, чем привлёк внимание.

– У меня к вам есть дело, Родион, – проговорил я тихо. – Весьма огромного значения и не терпящее отлагательств, – заинтриговал я аристократа.

– Так всё серьёзно? – он поддался моему настроению и отставил в сторону свою кружку.

– Более чем, – кивнул я с таким видом, что заставил бровь Кутузова приподняться.

– Слушаю вас, Феликс! – он намекнул на своё расположение к доверительному диалогу.

Я среагировал красноречивым взглядом собеседника, удовлетворённого ответом и слегка придвинул свой табурет к его.

– Родион, вы случайно не знакомы с председателем Собрания Общества Благородных Рунных Магов-вольников? – задал я прямой вопрос. – От призванных, – добавил я. – Я не хотел бы привлекать излишнее внимание со стороны уже служащих магов-вольников, да и мало их в этом эшелоне, – пришлось пояснить и эту деталь моего интереса.

Молодой аристократ отстранился от стола и приосанился. Черты его лица наполнились благородствоми гордостью, но не напыщенностью, что порадовало. Нотки великой ответственности так и разлетается флюидами от молодого аристократа.

– Он перед вами, господин Феликс! – озвучил он уже очевидное для меня и замер, ожидая продолжение вопроса.

– В таком случае, выйдем? – намекнул я на необходимость аудиенции, окинув взглядом собравшихся.

– Не вижу препятствий, – согласился Родион и отточенным движением избавился от салфетки, заправленной за воротничок.

Мы встали, и, поклонившись, вышли в тамбур, провожаемые всеобщими взглядами нескрываемого интереса. Однако, никто не спросил нас о причине уединения, и мы спокойно, без дополнительных объяснений, достигли цели.

Правда, бдительный Ефим проявил заботу и выделил нам по тёплой накидке из шкур.

– Итак? – Родион начал первым, сразу, как только развернулся ко мне лицом.

– Дело очень простое, – не стал я затягивать. – Что нужно для проведения внеочередного собрания с последующим вынесением официального постановления?

Аристократ пожал плечами, но не от удивления вопросу, а приняв его за лишнее уточнение.

– Да всё, как и всегда, – перешёл он к пояснению. – Необходимо прояснение нескольких моментов. Обязательно знать от кого поступила инициатива проведения, причина созыва… Э-м… И если она достойна внимания, то дело сделано, – он хмыкнул. – А что? Есть что-то, чего я пока не знаю? – переадресовал он мне эстафету с ответами.

– Вы, Родион, наверняка уже столкнулись с продовольственной проблемой? – намекнул я тему будущего заседания.

– Не в полном объёме, – ответил он как-то расплывчато и с ноткой досады в голосе. – Просто, у некоторых из нас есть запасы, да и вы, господин Феликс, проявили душевное благородство, обеспечив провиантом раненых.