Книга Маги аномалии Разлома, страница 76 – Юрий Москаленко, Александр Нагорный

— Ну, же? — Колчак вновь проявил нетерпение.

— И глаза-то у Феликса, князюшки нашего, кормилицы родного, ф-ть, — здоровяк всхлипнул и плечи его задрожали, что обескуражило присутствующих.

Кто-то такое уже видел, а кто-то встретился впервые с такой реакцией здоровенного детины.

Надежда Бестужева поднялась со своего места и прошла к здоровяку. Села с ним рядом, и тихонечко погладила руку здоровенного дядьки.

Сочетание получилось такое, что на глазах у Черепа, повидавшего на своём веку многое, навернулись предательские слёзы.

Однако он взял себя в руки, а маленькая Надежда заглянула в глаза здоровенному ватажнику.

— Успокойся, мил человече, и продолжи рассказ, — печально улыбнулась она и подхватила ковш, выпавший из рук Барри, причём, не пролив ни единой капли содержимого. — Испей, полегчает, — она вернула посуду здоровяку и продолжила поглаживать ему руку.

— Да, так вот, — Барри ожил, сделав пару солидных глотков. — Смотрю я, значится на Феликса, — он покосился на тело Рюрика, лежащее на столе. — В глаза-то его заглядываю, а тама только белки одни осталися, без зрачков вовсе. Я попятился, но он придержал меня, и прошипел прямо… Затворитесь и до первых лучей солнечных не высовывайтеся. Да-да, прямо так и сказал, а потом добавил, мне лично… Ты, Барри, ежели чего, за смерть людей будешь подставлять голову. Сказал, и на всех указал в комнате этой, — он взмахнул рукой. — Я выполнил всё, что велено. Дверь за ним подпёр, да к окнам кинулся, на ставни запоры ставить-то, но… Замешкался я маленько, дык и смотреть сквозь щель начал, а там…

— Продолжай, — отрешённо пробормотал Колчак.

Барри допил ковш хмельного кваса и жалобно глянул на Химеру, не желая отпускать от себя девочку. Маг-Вольник понял и наполнил его ёмкость.

— Благодарствую, — кивнул ему здоровяк. — А далее… Смотрю, а во дворе, прямо под лунным светом-то, ужо и Феликс стоит, но не один вовсе, — продолжил Барри своё изложение увиденного. — И стоит он напротив цельной дюжины исчадий. Демоны там собралися в полукруг, Гарпии треклятые, но не красные, а серые, — он поставил на этом акцент, подняв руку с оттопыренным указательным пальцем. — Вона как, — добавил он. — А рядом с каждой гадюкойэтой, по две Злыдни Ночные вертются, но самое страшное перед Феликсом сотворилося… К-х, — он поперхнулся. — Существо демоническое перед Феликсом остановилось… Можа, и сам Варлод наведался…

— Прости, Барри, — его остановил Колчак. — А почему ты решил, что это Варлод?

— Дык, а кто же тогда? — удивился здоровяк. — Вот я смотрю, значится, а сам думаю, почему оно всё серое, зыбкое и полы мантии по ветру распускаются, аки волосы на голове безликой? Он же без капюшона оказался… А сам смотрю, да и понимаю, что ветра нету. Дым из труб вертикально в небеса уходит, и тишина стоит, да и вот, — он снова прервался, чтобы дух перевести и глотнуть успокоительного напитка из ковша.

— Та-а-ак, — протянул Череп. — Разговаривали спокойно?

— Угу, — буркнул Барри. — Будто знакомцы.

— И что? Ой, прости, — Колчак поправился. — Что случилось после?

— Солдаты… — он развёл руками. — Оные, видать проснулись, да и пальнули. И прямо через чердачное окно. Через мгновения выскочили и встали позади Феликса. Карабины наизготовку, первая шеренга в присядь… И что-то заорали им, ну, князю и этому. На них Ледяные Крысы кинулись из тени дома, Гарпии в воздух поднялись и… Попали в Феликса веером клинков, как атака началась, а он давай одёжу с себя сдирать и бросать наземь. Жуть какая, — он допил квас и кинул ковш. — Феликс изрезанный оказался и гольными руками порвал злыдню, в лицо ему кинувшуюся. А после… Начал он танец боевой да неразборчивый, и… — Барри опустил голову. — И солдатиков всех-всех убил. Кому оторвал голову, кому кишки выпустил, живота лишив одним ударом. А потом и за демонов принялся, хотя сам полностью уже в кровище, как в своей, так и… — здоровяк махнул рукой от отчаяния и замолчал, но его не стали подгонять. — А в небе-то ночном да ясном, вдруг что-то появилось. Рычание в душу влезло и наизвороть её вывернуло, хоть я его и плохо должон был слышать, тут и начали Гарпии Крылатые валиться прямо к Феликсу в руки. Перекусанные, с оторванными крыльями, ногами, и даже безрукие… Ну, и всё смешалось в кровавую кучу, — тут Барри вырвало, но на это никто и внимания не обратил, а только Надежда взялась за уборку, сотворив магию без вязи. — Тот Демон исчез, что стоял и смотрел, как Феликс наш лютует. Всё стихло, да и ждать я начал солнечного восхода, — завершил он и уткнулсяв грудь Сивому, подоспевшему на выручу своему большому другу.