Книга Обратная сторона войны, страница 76 – Юрий Москаленко, Александр Нагорный

— И этого я не знаю, — огорчил меня собеседник. — Ты почему не ешь? — Дефо резко сменил неудобную для себя тему, а я заподозрил его в сокрытии важной информации по той странной руне.

— Нет аппетита, — я брезгливо отодвинулся от стола. —Алим!? — я призвал своего слугу. — Алим, мы уходим, и срочно! — предупредил я толстячка, вмиг ставшего грустным.

Он выразительно глянул на стол с яствами.

— Можешь забрать, — я сразу понял причину его расстройства. — Забери всё то, что сможешь унести, но только с моего стола забери половину, — я бросил пару монет на столешницу, в счёт уплаты. — Вы меня извините, Даниэль, но мне правда кушать не хочется, не подумайте о неуважении к вам, — добавил я и встал со стула. — Думаю, что мы с вами ещё поужинаем, — подытожил я с оптимизмом.

Мой новый знакомый тоже поднялся, соблюдая правила приличия, и коротко кивнул. Я отошёл от его стола и немного подождал Алима, пока тот собирал снедь со своего и моего столика.

Далее, я молча поднялся по лестнице на ярус выше, что соединён воздушным переходом с соседним домом, и уже через несколько минут оказался у двери своих апартаментов.

— М-да, Феликс, — пробормотал я сам для себя. — Так себе ты время провёл, хоть и узнал кое-чего нового и таинственного.

С таким подпорченным настроением и мрачноватыми мыслями, я активировал магический замок, открыл дверь и вошёл внутрь, вместе с толстеньким Алимом.

Войдя, я снял статусную накидку, разместив её на вешалке у входа, и сразу прошёл в свою комнату, точнее в одну из двух спален. Тут я избавился от поясной кобуры с револьвером и от перевязи с рунной шпагой, оставив только то оружие, которое скрыто под штанинами на лодыжках. Это укороченный револьвер с глушителем и кортик.

Раздеваться полностью мне стало откровенно лень, поэтому я прилёг на кровать, как есть, и сладко потянулся, предвкушая отдых и спокойный сон. Но тут я вспомнил и про Алима, точнее про его неутолённый голод.

Посему, я решил повременить со сном и вернуться, чтобы сделать толстячку соответствующие распоряжения. Ну, а если точнее выразиться, то я подумал о необходимости дать ему разрешение на поздний ужин прямо в зальчике наших апартаментов. Продуктов-то Алим набрал в гладиаторском заведении.

Вдруг он сам побоится поесть без моего одобрения, или устного на то указания? Запросто, ведь он же слуга, как никак, и следует соответствующим правилам.

Сам же я, по правде сказать, не знаком с этими правилами. Однако, я подозреваю или даже уверен в том, что они есть, и заключают в себе массу ограничений для тружеников этой профессии.

Я вышел в зальчик и встал, словно вкопанный словив офигение и ступор.

— Не-е по-о-нял? — выдавил я из себя самое актуальное восклицание, а оно и понятно.

Мой толстенький слуга застилает себе постельку из разного тряпья! Причём, место для ночлега он выбрал у самой двери.

— А-а-алим? — я попытался побороть последствия первой реакции. — Ты чем тут занимаешься? — не нашёл я вопроса умнее и обессиленно рухнул в кресло.

Толстячок перестал копошиться и воззрился на меня. При этом, Алим стал похож на человека, которому нанесли тяжёлую мозговую травму чем-то тупым и тяжёлым! Нестандартным вопросом, например.

— Так, ведь, я-а-а… Я туточки, ну это, — он развёл руками и озадаченно глянул на шмотьё у двери. — Почивать собираюсь, — добавил он, словно я тупой и этого не понял.