Книга Новая надежда, страница 16 – Александра Плен

Я тогда еще не работала на раздаче, мы с Настей и остальными девчонками убирали первый урожай овощей в теплицах. Уставшие, замотанные, взяли еду и сели за столик рядом с Димкой и Катей. Меня только два дня назад выпустили из медцентра, в крови еще гуляли транквилизаторы, которыми нас безбожно пичкали. Руки тряслись, голова кружилась, и почти всю работу за меня делали Настя, Аня и Катя. У меня хватало сил прийти в теплицу, сесть где-нибудь в уголке и ждать, пока перестанет тошнить.

Вдруг я почувствовала, как кто-то буравит спину. Даже между лопатками закололо. Я обернулась, мазнула взглядом по залу. Худощавый темноволосый парень со знакомым лицом смотрел на меня. «Не в комбинезоне», — единственное, что я отметила. Значит,мажор. На лице парня отражалось потрясение, казалось, у него сейчас вывалятся глаза от шока.

Я пожала плечами и вернулась к супу. А через минуту кто-то тронул меня за плечо.

— Наташа, я безумно рад, что ты здесь. — Голос парня был взволнованным и радостным, — я надеялся, что тебя возьмут. Ты большая умница.

Я нахмурилась, пытаясь вспомнить, где я его видела. Он знает, как меня зовут, значит, мы знакомы. Где же мы встречались? В универе? На олимпиадах?

— Ты меня не узнала? — голос парня дрогнул, выражение лица мгновенно изменилось, став надменным и высокомерным. Глаза похолодели.

— А должна? — вырвалось раньше, чем я сообразила.

Это он, тот самый Максим Северинов, великий экономист, сын олигарха Северинова, который периодически появлялся на моем горизонте в МГУ. Ну да, как же без него… Денег у родителей завались, смогли обеспечить сыночку и себе безоблачное будущее. А мои родители, брат… Охватившая злость была такой сильной, что даже мозги прочистились.

Узнала, но переигрывать было уже поздно. Северинов резко развернулся и стремительно вышел из столовой, бросая зажатую в руках салфетку прямо на пол. Настя, вздохнув, наклонилась и подняла ее.

— Это кто? — выдернул меня из задумчивости Дмитрий.

— Виделись пару раз в универе, — ответила равнодушно, — зовут Максим Северинов, наследник «Севбиофарма». Точнее, того, что от него осталось.

— Знаю я его, — отозвалась Настя, — а на счет пару раз ты погорячилась.

Я недоуменно перевела взгляд на подругу.

— Да он постоянно ошивался у нашего деканата, — объяснила она, хихикнув, — все кого-то высматривал. Теперь понимаю, кого.

Я отмахнулась. Что за бред. Не помню, чтобы он часто попадался мне на пути. Да, однажды хотел подвезти, еще раз пригласил на день рождения, и был странный безумный разговор по поводу встречаться. Ах да! Еще окатил водой из лужи. Вот это, несомненно, классическое ухаживание.

С другой стороны, я четыре года не замечала парней и не только в универе. Да и Костя смеялся, рассказывал, что пытался пригласить меня на свидание еще на третьем курсе, а я то ли не поняла, то ли не услышала.

Какая теперь разница?

Вот с того самого момента, когда я не узнала Северинова, он и начал меня доставать. Это стало настоящим кошмаром. Я мою полы в коридоре — он обязательно пройдетмимо, ещё и постоит на мокром, оставляя следы своих дорогих туфель. Если я занимаюсь стиркой и глажкой в прачечной, Северинов «забывает» сдать белье, приносит его, когда я уже заправила машины и включила их, хотя расписание сдачи белья для всех одинаковое. Стою в очереди в столовую — он подойдет и встанет прямо передо мной, начинает демонстративно обжиматься с очередной девицей, при этом громко отпуская комплименты ее фигуре, красоте и уму, словно издеваясь. Но самые изощренные выпады начались с того момента, как я стала работать на раздаче. У меня часто мелькала мысль — не он ли подговорил руководство меня сюда направить? Чтобы иметь возможность каждый день надо мной измываться.