Книга Лекарка в Мужской Академии, страница 14 – Лана Кроу, Елена Смертная

— Да если б больные, — продолжил бурчать Мартыныч, — одни оболтусы ходят. Все хотят от службы откосить. Ну сама все увидишь! ВХОДИТЕ! — громко прокричал он.

Анна

Стоит сказать, Мартыныч не соврал. Как бы я ни пылала к парням материнскими чувствами, оболтусы было лучшим названием для потока моих «пациентов» со странными болезнями.

— Голова раскалывается… Может, помассируете? — попросил меня парень с плечами как у медведя.

Я застыла от такой жалобы и предложенного пациентом лечения.

Он томно подмигнул, отчего мои собственные глаза чуть не сбежали из орбит.

— Вы же лекарь, ну, помассируйте.

— Вот настойка полыни, — протянул склянку Митофаныч.

— А массаж?

— А массаж я тебе могу пинком по жопе организовать. — Я даже растерялась от такой простецкой речи Мартыныча. — А ну, пошел, иначе напишу, что ты дезертир, и будешь отрабатывать.

Парень явно был не рад такому лечению, но, взяв склянку, быстро ретировался, даже сказав скромное «спасибо».

Мартыныч, наблюдавший за этим, фыркнул:

— Мягко стелешь, барыня. Следующий так вообще ноги на стол положит. И будет абсолютно прав…

— А что вас беспокоит? — спросила я второго парня, выше меня на три головы.

— В груди колет, — с хрипом сказал он. Я приложила инструмент, а он поверх свою руку.

— Должно быть, вы пронзили мое сердце, — добавил он. — Ядом…

Я отшатнулась.

Парень улыбнулся. А я опешила от такого…

— Бедный, ты ядом отравился, — тут же оказался в комнате Мартыныч, и передо мной появилась банка с пиявками. Парень так и дрыгнулся. — Вот, хорошее лечение. Сейчас лично на жопу тебе крепить буду. Чтоб время наше не занимал. Ишь ты, бестолочь какая… А ну, пошел! — рявкнул он так, что парень явно забыл и про яд, и про сердце, бежал так, что пятки только сверкали.

— Вот, Анна, лучшие целители, — сказал Мартыныч, показывая на банку. — Сколько оболтусов вылечили — и не сосчитать. Прежде чем начать лечение, всегда предлагай. Вылечат лучше любых трав.

Вот так лекарская мудрость…

Еще один парень, бежавший в коридоре, прямо-таки заковылял.

— Дорогая барыня, я тут ногу сбедил, не посмотрите? — плюхнулся он на койку, с улыбкой сняв штаны…

Да… К такому меня отец не готовил.

Я осмотрела «больную» конечность, не желая касаться этого халтурщика.

— Удивительно. Отека нет, синяков тоже…

— Да вот, наверное, потянул, вы потрогайте… Я скажу, где болит…

Мартыныч уже кинул взгляд, полный негодования, ноя ему улыбнулась.

В этот раз справлюсь сама.

— Да тут и трогать не надо! Сразу напишу, чтобы отрезали, — сказала я.

Парень нахмурился.

— Да тут просто растяжение.

— Синяка нет, не опухло! Это точно внутренне воспаление. Тут только удалять. Мартыныч, неси укол с обезболивающим и лекарскую пилу.

— Да вы с ума сошли! — прокричал парень, увидев старого лекаря с пилой.

— А ты че думал, пришел сюда голожопый — и все тебя целовать будут? А ну, пошел! А то сейчас не только ногу отрежу, но и то, что явно между ног мешается! — тут же прокричал Мартыныч, и парень выбежал из кабинета, даже не успев натянуть до конца штаны.

Мы с Мартынычем рассмеялись.

— Вот так-то лучше. А то сюсюкались с ними, как с барчуками.

К концу дня я, честно говоря, валилась с ног, но гордилась собой. Отваживать пациентов получалось все проще… Правда, настоящих больных из них можно было сосчитать по пальцам.